Реккк смотрел на жуткое болото.
— Продолжай, все в порядке.
Элеана чувствовала, что и Реккк, и ребенок дышат синхронно, словно один организм.
— Для будущих поколений, которые родятся и вырастут под в'орнновским гнетом. Чтобы они знали, какой когда-то была Кундала, какой она могла быть…
Реккк обнял Элеану.
— Сделаешь кое-что для меня? Давай представим, что твой дедушка жив, что он, как и раньше, взял тебя на прогулку в лесную чащу. Я тоже хочу услышать, какой раньше была Кундала.
Закрыв глаза, Элеана велела себе представить лицо дедушки, коренастого загорелого кундалианина, долгие годы прожившего под открытым небом. У него был большой крючковатый нос, еще Элеана вспомнила крупный рот и смеющиеся глаза. Почему-то она не могла соединить все эти черты воедино и расстроилась.
— Дедушка рассказывал мне истории о Великой Богине Миине и о волшебных существах, которые когда-то населяли склоны Дьенн Марра. Больше все мне нравились нарии.
— Кто такие нарии?
— Ну, — протянула Элеана, в голосе которой внезапно появилось что-то мечтательное. — Представляешь чтавра? А теперь представь, что нарий в три раза больше. Три пары ног с белыми копытами, длинная гибкая шея, гордая посадка головы, выразительные влажные глаза. А теперь попробуй вообразить между глазами длинный сужающийся к концу рог. Белый, переливающийся в лунном свете, почти два метра в длину.
— А нарии на самом деле существовали?
— Когда-то существовали, — прошептала Элеана. — Так рассказывал дедушка, а он никогда не лгал и не преувеличивал. Он не решился бы искажать историю Кундалы, она была для него самым святым.
— Что еще он про них рассказывал?
Ветер вихрем ворвался в пещеру. На стенах плясали тени куэлловых ветвей, и казалось, что полуразложившиеся тела внизу шевелятся.
— Не хочешь рассказывать, потому что я в'орнн?
— Нет, Реккк, тебе обязательно надо послушать, — покачала головой Элеана. — Просто я подумала, что еще никому об этом не рассказывала.
Реккк снова обнял Элеану.
— Пришло время рассказать обо всем твоему малышу, чтобы прошлое его планеты представлялась ему так же ярко, как и настоящее.
Элеана смотрела на жуткую зловонную яму — неприглядное настоящее, от которого ей бы так хотелось уберечь малыша.
— Как в'орнн я понимаю, насколько важно знать историю своего народа, потому что у моего народа нет истории, — сказал Реккк. — У в'орннов нет полных описаний событий прошлого, истории жизни на родной планете. Увеличившаяся радиация, из-за которой мы и начали покорять Космос, повредила матрицу магнитных сердечников. Лишь со временем мы поняли, что они самоуничтожаются, и с каждым днем все быстрее. Мы пытались восстановить данные, но без особого успеха. Остались лишь разрозненные файлы, по которым невозможно реконструировать полную картину. Радиация породила вирус, изменивший код, и с тех пор мы стали бродягами и сиротами.
— Поработителями и завоевателями, которые пытаются отнять у других то, что не сумели сберечь сами.
— С такой позиции то, что случилось, я никогда не рассматривал, — признался Реккк, — но я не пытаюсь оправдаться.
— Похоже, воинский дух во мне и не думает угасать.
— А что ты думала?
— Думала, что беременность сделает меня мягче… Что ребенок навсегда меня изменит.
— Зачем волноваться? Ведь ты уже не та девушка из движения Сопротивления, с которой я и Джийан познакомились месяц назад.
Элеана подняла глаза.
— А вот ты совсем не изменился, Реккк.
— В'орнны и не должны меняться.
— Вот и я о том же.
Реккк мечтательно улыбнулся.
— Так ты выполнишь мою просьбу? Очень интересно послушать про нариев.
Снова повернувшись к Реккку спиной, Элеана уставилась в темноту. Чувствуя себя в безопасности, она подумала о том, что несколько месяцев назад и представить себе не могла, что будет вести доверительные разговоры с кем-то из в'орннов.
— Дедушка очень любил лес и горы, в которых вырос и прожил всю жизнь. Даже в молодости наедине с природой ему было уютнее, чем в компании сверстников. Он брал лук со стрелами и уходил в лес на целый день, старясь познать тайны и загадки земли. Ему никогда не было страшно, лес казался деду чем-то вроде храма, созданного специально для него.
Так вот, в тот день, когда ему исполнилось пятнадцать, дедушка был далеко на севере, когда прямо на узкой горной тропе он увидел нария. Естественно, в тот момент дед не знал, кто это. Да и откуда? Рога у нария не было, но огромный белый зверь казался прозрачным и на шести ногах двигался по узкой тропе с граций танцора. В нем было что-то необычное. Какая-то аура или магнетизм, что именно — дедушка так и не понял. Только много лет спустя, рассказывая эту историю мне, он отметил, как почувствовал — перед ним священный зверь.
И он не ошибся, нарии — священные животные Миины. Первые нарии появились из Жемчужины в день рождения Кундалы.
— А почему у того нария не было рога?
— Сейчас я до этого дойду.
Взглянув поверх головы Элеаны на верхушки елей-куэлло, Реккк увидел сову в короне. Птица сидела на покачивающейся ветке, плотно поджав пестрые крылья, оглядывая круглыми глазами и его, и яму с разлагающимися телами.
