Приложи руку к своей груди. Чувствуешь, как бьется сердце?Вот так же оно забилось однажды у маленького робота по имени Вука."Не может быть!" – скажешь ты. – Он ведь железный!"Тогда послушай эту историю…Это будет история о роботе Вуке, искавшем свою маму и нашедшем то, что ищет каждый из нас.Это будет история о стареньком автомобиле – "Москвиче" – добром и мудром, как все дедушки.О бездомном котенке и домашних роботах.О храбром Пирате и мечтательной Элис, которые – я открою тебе секрет – почти, как мы с тобой.Это будет история о людях, в которых много железа, и роботах, у которых бьется сердце.О том, как важно оставаться человеком даже тогда, когда это кажется невозможным…(Ольга Воронина)
В заброшенном гараже уже много лет не включался свет. Ведь хозяин гаража состарился и превратился в седого дедушку. Дедушку забрал к себе домой внук, потому что дед уже не мог сам ходить в магазин.
В его гараже осталась стоять ржавая машина – зеленый «Москвич» – и много всяких инструментов на деревянных полках. А в самом углу пылилась тумба, на которой жила семья паучков.
То утро было самым обычным: сквозь пыльное окно наверху пробивался солнечный свет, паучки плели свои паутинки… Только странный звук доносился из тумбы в углу:
– Тр, др, бр, зз…
В какой-то момент дверца тумбы заскрипела и раскрылась. Внутри что-то шевелилось и тарахтело. И, наконец, это «что-то» выкатилось на пол. Это был самый настоящий маленький робот на колесиках. Он прижимал ручки к груди и дрожал от страха, поэтому его железочки издавали звенящие звуки:
– Тр, др, бр, зз…
У маленького роботы были большие серые глаза и квадратное серебристое туловище. На тоненькой шейке дрожала золотистая голова.
– Ма-ма, – позвал робот и потянул ручки вверх.
Но никто не взял его на руки. Только старый ржавый «Москвич» подмигнул единственной фарой и фыркнул мотором.
– Ма-ма? – спросил робот, обращаясь к машине.
«Москвич» снова подмигнул и ответил:
– Дед!
– Тет? – переспросил маленький робот.
– Дед, – возразил «Москвич» и открыл заржавевшую дверь.
Сиденья не было сзади автомобиля, ведь оно всё истрепалось, и хозяин вытащил его.
Маленький робот забрался в машину, и «Москвич» захлопнул дверцу.
– Если завести мотор и как следует тронуться с места, то ворота раскроются, – сказал знающий дед «Москвич».
Мотор взревел, машина тронулась с места и распахнула дряхлые ворота своим капотом.
Старый дед-«Москвич» и его робот-внук ехали по дороге из города. Вскоре город остался позади. Впереди на дорогу садилось красное солнце. Оно грело лучами маленького робота, и он жмурился от удовольствия.
– Ма-ма? – спросил маленький робот, показывая на солнце своим железным крохотным пальчиком.
Дед вздохнул, едва удерживая дрожащий руль.
– Да, – ответил дед, глядя на заходящее солнце, – мы догоним ее завтра. Просто знай, что тебя обязательно кто-то любит. Даже если сегодня это твой дед.
И «Москвич» погладил маленького робота по голове ремнем безопасности. Маленький робот закрыл глаза и сладко уснул.
Ведь завтра они обязательно догонят маму.
Утром солнечные лучи дотронулись до головы маленького робота, и он открыл глаза. Робот всю ночь проспал в старом «Москвиче».
Они с дедом стояли у обочины дороги под большой ивой.
– Дед! – позвал робот.
– Ну вот, – откликнулся дед, – запомнил ведь. Надо дать тебе и-мя.
– Мя? – повторил маленький робот.
– Нет, – возразил дед. – Что за имя такое – Мя? Ты же не кот. – Дед смахнул дворниками осенние листья, упавшие на переднее стекло. – Вот Внук – хорошее имя.
Маленький робот моргнул глазками:
– Ву-ка?
– Вука – так Вука, – решил «Москвич» и прислушался.
Что-то громко фырчало. Можно было бы сказать, что урчало, если бы дело касалось человека. Но звуки явно издавал живот маленького робота.
– Да ты же голодный, – понял дед, хлопнул в догадке капотом и завел мотор.
Машина свернула с обочины на широкую дорогу, и они помчались вдаль. На заправке «Москвич» налил бензин в бензобак и машинное масло – в старую бутылку из-под лимонада.
Потом они ехали по дороге дальше, догоняя солнце. Вука пил из бутылочки машинное масло, смешно причмокивая. Его животик больше не фырчал недовольно.
– Хорошо, что ты родился, – решил дед. – Если бы не ты, я бы так и стоял в гараже, пока совсем не развалился от старости.
– А ма-ма? – вспомнил маленький робот.
– Маму мы найдем. Слово деда! Но сначала… – «Москвич» хмыкнул и закашлялся. – Мы кое-кого повидаем.
Ближе к вечеру на горизонте показался другой город. Город белел крышами домов. Дома были рассыпаны по горе, как зубы у акулы.
– Еще чуть-чуть, – сказал дед.
На светофоре «Москвич» крутанул руль и резко свернул в проулок. Они проехали несколько высоких домов и остановились у желтой пятиэтажки.
У подъезда на лавочке сидел скрюченный старичок с белой бородой. Старичок опирался на трость обеими руками и грустил. «Москвич» погудел.
– Ты приехал! – Старик поднял глаза и медленно, держась за лавочку, встал и так же медленно, опираясь на трость, подошел к старому автомобилю. Погладил его по капоту. – Прости, что бросил тебя в гараже. Видишь: я и сам состарился, – сказал старичок машине.
Этот старичок и был когда-то хозяином «Москвича».
«Москвич» говорил про то, что всё понимает, что не обижается, и что он сам стал теперь дедом. Маленький робот всё это слышал, но старичок не понимал рычания «Москвича», ведь люди не знают языка машин.
Старик только улыбался и всё гладил морщинистыми руками свою старую машину.
