Пересвет поступил так же, как поступали русские воины всегда, когда речь шла о защите родной земли. Он поступил так, как поступали советские воины в ходе Великой Отечественной войны. И как через пять с половиной веков русский писатель Константин Симонов в 1941 году в стихотворении «Сын артиллериста» изложил механизм оценки управленцем управленчески значимой информации, выявление сопутствующих процессов управления, определения допустимого размера ущерба и построения на основе этого практических действий по осуществлению процесса управления:
«А через две недели
Шел в скалах тяжелый бой,
Чтоб выручить всех, обязан
Кто-то рискнуть собой.95
Майор к себе вызвал Леньку,
Взглянул на него в упор.
— По вашему приказанью
Явился, товарищ майор.
— Ну что ж, хорошо, что явился. Оставь документы мне.
Пойдешь один, без радиста, Рация на спине.
И через фронт, по скалам, Ночью в немецкий тыл Пройдешь по такой тропинке, Где никто не ходил.
Будешь оттуда по радио Вести огонь батарей. Ясно? — Так точно, ясно.
— Ну, так иди скорей.
Нет, погоди немножко. — Майор на секунду встал, Как в детстве, двумя руками Леньку к себе прижал: — Идешь на такое дело, Что трудно прийти назад. Как командир, тебя я Туда посылать не рад.
Но как отец... Ответь мне: Отец я тебе иль нет?
— Отец, — сказал ему Ленька И обнял его в ответ.
— Так вот, как отец, раз вышло На жизнь и смерть воевать, Отцовский мой долг и право Сыном своим рисковать, Раньше других я должен Сына вперед посылать.
Держись, мой мальчик: на свете Два раза не умирать.
Ничто нас в жизни не может Вышибить из седла! — Такая уж поговорка У майора была.
— Понял меня? — Все понял. Разрешите идти? — Иди! — Майор остался в землянке, Снаряды рвались впереди. Где-то гремело и ухало.
Майор следил по часам. В сто раз ему было б легче, Если бы шел он сам.
Двенадцать... Сейчас, наверно, Прошел он через посты.
Час... Сейчас он добрался К подножию высоты.
Два... Он теперь, должно быть, Ползет на самый хребет.
Три... Поскорей бы, чтобы
Его не застал рассвет.
Деев вышел на воздух —
Как ярко светит луна,
Не могла подождать до завтра,
Проклята будь она!
Всю ночь, шагая как маятник,
Глаз майор не смыкал,
Пока по радио утром
Донесся первый сигнал:
— Все в порядке, добрался.
— Немцы левей меня,
— Координаты три, десять,
— Скорей давайте огня! —
— Орудия зарядили,
— Майор рассчитал все сам,
— И с ревом первые залпы
— Ударили по горам.
И снова сигнал по радио:
Немцы правей меня,
Координаты пять, десять,
Скорее еще огня!
Летели земля и скалы,
Столбом поднимался дым,
Казалось, теперь оттуда
Никто не уйдет живым.
Третий сигнал по радио:
Немцы вокруг меня,
Бейте четыре, десять,
Не жалейте огня!
Майор побледнел, услышав:
Четыре, десять — как раз
То место, где его Ленька
Должен сидеть сейчас.
Но, не подавши виду,
Забыв, что он был отцом,
Майор продолжал командовать
Со спокойным лицом:
