Введение в самопознание полностью

Я читал множество переводов этого изречения, и смысл их, если не вдаваться в излишние тонкости, примерно таков: йога – это наука того, как устранить метания ума. Или как стать себе хозяином и сделать свой ум управляемым. Именно это приводит к Дхьяне и Самадхи, то есть к разным уровням созерцания.

А в чем основная сложность с этими самыми «метаниями или колебаниями ума»? Да в том, что когда ты самоуглубляешься и хочешь просто стать созерцанием, то есть зрителем или наблюдателем, эти «колебания» наваливаются на тебя в виде различных образов и утаскивают в переживания. И ты в какой-то миг вдруг ловишь себя на том, что уже не созерцаешь, а участвуешь в чем-то, тогда ты производишь с собой какое-то действие, отторгаешь от себя все чужеродное и принимаешься «просто созерцать», но вдруг осознаешь, что вместо созерцания, оказывается, ведешь внутренний спор сам с собой о том, а что же такое созерцание. Тут уж ты окончательно возмущаешься этой неуправляемостью, тут же ловишь себя на том, что возмутился, а возмущение не есть созерцание, возмущение – это вообще враг созерцания, потому что когда случается настоящее созерцание… Когда оно просто приходит… истинное созерцание… В этот миг ты вдруг понимаешь, что уже спишь. И битва за созерцание начинается сначала.

Вот именно об этом и говорит Санкхья, когда заявляет, что правильное знание приводит к созерцанию. И обратите внимание на переход. У Гаудапады он звучит так, словно и нет никакого перехода. Просто если знание правильное, ты в созерцании, и ничего не надо делать.

Но прежде чем перейти к вопросам, а что это за правильное знание и как его достигать, дочитаем все же разъяснения толкователей.

Гаудапада: «Какую Пракрити [он созерцает]? Устранившуюся от порождения – прекратившую [производить такие] следствия, как интеллект [или] эротизм. В силу того [что выполнены ее] задачи – в силу [осуществления] обеих целей Пуруши устранившуюся от тех семи форм, начиная с добродетели, которыми себя связывает».

Вачаспати Мишра: «Но что же достигается такого рода непосредственным знанием истины? На это сказано: “Благодаря этому Пуруша…”

Ведь у Пракрити могут порождаться [только] “вкушение” и непосредственное различительное знание. И когда они порождены, у нее уже не остается больше ничего, что она могла бы осуществить. Поэтому Пракрити [будет уже] устранившаяся от порождения в силу [самой] задачи – в виде [осуществления] различительного знания [которое уже достигнуто]. Ведь добродетель и не-добродетель, незнание, устраненность и не-устраненность, сверхспособности и не-способности основываются на отсутствии истинного знания. И устраненность тех, кто только [еще] удовлетворенные, [а не знающие], основывается так же на этом. А истинное знание ликвидирует не-знание посредством [самой своей] противоположности [последнему] и семь форм устраняются посредством устранения [их] причины, потому и Пракрити – устранившаяся от семи форм».

Что это за таинственные «7 форм», нам сейчас совершенно не важно. Формы, которые принимает Материя. Гораздо важнее другое – разделение знания на два вида: «У Пракрити могут порождаться “вкушение” и различительное знание». Вкушение – это то, что ты берешь в себя или, как это ни смешно, то, что сжирает тебя, когда ты пробуешь созерцать те самые колебания ума. А вот различительное знание – вивека – это очень важное понятие не только для Санкхьи. Иногда под ним понимается различение добра и зла, правильного и неправильного. Забудем об этом. Для нас важнее всего способность различать то, что появляется перед тобой во время созерцания как принадлежащее «колебаниям ума», от не принадлежащего им.