В романе «Вверх дном» члены Пушечного клуба, пытаясь растопить полярные льды, производят выстрел из гигантской пушки, но в расчёты вкралась ошибка… Как её мог допустить такой математик? «Рассеянность Дж. Т. Мастона, ошибка на три нуля в начале его вычислений, была причиной унизительной неудачи нового общества. Если товарищи несчастного секретаря клуба негодовали, то общественное мнение смягчилось. В конце концов, ведь благодаря его ошибке, произошло всё зло, или лучше сказать, все благополучие…»
— Так вы утверждаете, мистер Мастон, что женщины ничего не могут сделать для развития опытных и математических наук?
— К величайшему моему сожалению, миссис Скорбит, я вынужден это утверждать, — ответил Дж. Т. Мастон. — Конечно, среди женщин, особенно в России, встречались и встречаются замечательные математики — с этим я охотно соглашаюсь. Но у женщины такое строение мозга, что ей никак не стать Архимедом[1], а тем более Ньютоном[2].
— О мистер Мастон, позвольте мне возразить от имени всего нашего пола…
— Пола потому и прелестного, миссис Скорбит, что он вовсе не создан для отвлечённых занятий.
— Следовательно, по-вашему, мистер Мастон, ни одна женщина, увидев падающее яблоко, не могла бы открыть закон всемирного тяготения, как это сделал знаменитый английский учёный в конце семнадцатого века?
— Увидев падающее яблоко, миссис Скорбит, женщина просто решила бы съесть его… по примеру прародительницы Евы.
— Ну, вы, мне кажется, отказываете нам во всякой способности к теоретическим размышлениям…
— Во всякой способности? Нет, миссис Скорбит. Но должен вам указать всё-таки, что с тех пор как на земле живут люди, — а следовательно и женщины, — не рождалось ещё женщины, наделённой умом, которому в области научной мы были бы обязаны каким-либо открытием, подобным открытиям Аристотеля, Эвклида[3], Кеплера и Лапласа[4].
— А что это доказывает? Разве прошлое всегда определяет будущее?
— Гм! Не стоит больше ждать того, что не случилось ни разу в течение тысячелетий.
— Тогда, мне кажется, нам, женщинам, остаётся только смириться, мистер Мастон. Видно, мы умеем лишь…
— Быть добрыми! — подхватил Дж. Т. Мастон со всей любезностью, на которую только способен учёный, всецело поглощённый разными иксами.
Впрочем, миссис Эвенджелина Скорбит охотно этим удовлетворилась.
— Ну что ж, мистер Мастон, — продолжала она, — каждому своё на этом свете. Занимайтесь своими необычайными математическими выкладками. Отдайтесь великому делу, которому вы и ваши друзья решили посвятить свою жизнь. А я — как мне и подобает — буду просто доброй женщиной и окажу этому делу денежную помощь.
— Чем и заслужите вечную нашу благодарность, — ответил Дж. Т. Мастон.
Миссис Эвенджелина Скорбит покраснела самым очаровательным образом, потому что она питала если не ко всем учёным вообще, то во всяком случае к Дж. Т. Мастону особо нежные чувства. Поистине, неизмеримы глубины женского сердца!
Предприятие, на которое эта богатая вдова решила пожертвовать значительные средства, действительно было великим делом.
Вот в чём оно состояло и вот к какой цели стремились его участники.
По Мальтебрену, Реклю, Сен-Мартену и другим авторитетным географам, собственно арктическими землями считаются:
1. Северный Девон, то есть острова, покрытые льдами Баффинова залива и пролива Ланкастера.
2. Северная Георгия, состоящая из земли Банкса и многочисленных островов: Сабайн, Байам-Мартин, Гриффит, Корнуолл и Батерст.
3. Архипелаг Баффина-Парри и некоторые части околополярного континента, то есть Кэмберленд, Саутгемптон, Джемс-Сомерсет, Бутин-Феликс, Мелвилл и другие области, почти не известные нам.
Все эти земли ограничены семьдесят восьмой параллелью; суша занимает здесь один миллион четыреста тысяч квадратных миль, вода покрывает ещё семьсот тысяч миль.
К северу от этой параллели отважные исследователи нашего времени прошли почти до восемьдесят четвёртого градуса северной широты, нанесли на карту земли, скрытые за высокой грядой ледяных торосов, и дали названия многим мысам, полуостровам, заливам и бухтам этой обширной страны, которую можно было бы окрестить Нагорной Арктикой. Но за восемьдесят четвёртой параллелью лежит таинственное пространство, desideratum[5] картографов, и до сих пор никому не известно даже, земли или моря скрываются там на пространстве шести градусов под непреодолимыми скоплениями льдов Северного полюса.
И вот в 189… году у правительства Соединённых Штатов возникла довольно неожиданная мысль пустить с торгов эти ещё никем не открытые области, а некая американская компания, образованная именно с целью приобретения арктического колпачка, старалась получить на них концессию.
Правда, за несколько лет до того на конференции в Берлине[6] были установлены особые правила, на случай, если какая-нибудь из великих держав под предлогом колонизации или приобретения новых рынков вздумает захватить чужое добро. Правила эти, по-видимому, не были приложимы в данном случае, так как полярные земли никто не населяет. Но раз то, что не принадлежит никому, может в равной степени принадлежать всем, новая компания решила не захватывать, а «приобрести» их, чтобы избежать всяких посягательств в дальнейшем.
