Солдаты хохотали. Командиры пришли в себя и начали строить свои подразделения, считать людей. Одного солдата легко ранило. И только спустя несколько минут обратили внимание на присыпанное землёй тело начальника штаба. Его осторожно достали из земли. Кто-то закричал «доктора». Но доктор был не нужен, тело было бездыханным. Все стояли молча, образовав огромный круг. Посредине круга лежало тело человека, которое было, всего лишь пять минут назад их начальником, и каждый сознавал, что благодаря этому человеку, он стоит и созерцает мир, дышит. Радуется этим мыслям, этому солнцу, этому воздуху. Любуется вершиной той горы, что находится в семи километрах, смотрит на эту чужую столицу, что распласталась, там, в долине, одним словом — живёт. Кто-то выкрикнул из строя: «На х. я это построение, кому оно нужно, коль за него платим такую цену». Подъехала санитарная машина. Два солдата с медроты положили тело на носилки, закрыли простыней. Врач полка увез тело в морг кабульского госпиталя..
Люди потихонечку стали расходиться. На плацу осталась только небольшая кучка офицеров. Это были в основном офицеры штаба полка и комбаты. Они обсуждали один вопрос — сколько необходимо собрать денег, чтобы помочь семье начальника штаба? Лужин курил одну сигарету за другой, лицо его от напряжения посинело. Он стоял и думал: «Дикое государство, по вине которого развязана эта война, не находит средств на нормальное погребение человека, который верой и правдой служил ему, и отдал себя без остатка. А те крохи, которые оно дает на содержание семьи, надо месяцами выбивать, простаивая в коридорах к чиновникам».
В полку появился комдив и начальник политотдела дивизии. Со штаба армии прибыл прокурор, начальник особого отдела и начальник службы войск. Подробно опрашивали офицеров, с дежурного по КПП взяли письменное объяснение. Когда уехали армейские офицеры, Бурцева, вызвал в палатку командир полка. Василий зашёл в палатку, там сидели комдив, начальник политотдела и Лужин. Бурцев приложил руку к головному убору и доложил комдиву о своем прибытии.
— Садись, Василий Петрович, — сказал полковник.
Бурцев сел. Некоторое время в палатке стояла тишина, и никто из офицеров не решался её нарушать. Затем комдив кашлянул и, медленно, как бы вытягивая из себя каждое слово, начал говорить.
— Следуя просьбе командира полка, приказываю вам временно принять штаб, до утверждения вас в должности вышестоящей инстанцией. Вы в должности комбата два года, из них один год боевых действий?
— Так точно, — ответил Бурцев.
— Мы тут посовещались и решили, что вы с этой должностью справитесь. А вы как думаете?
— Думаю, что справлюсь, — твёрдо ответил Бурцев.
— Кого вы предлагаете командиром батальона?
— Командира роты капитана Васина, — не задумываясь, ответил Бурцев.
— Но есть же начальник штаба?
— Нет. Его в батальоне не любят, — ещё чётче ответил Бурцев.
— Но это же война, не место для любовных серенад, — вмешался начпо дивизии.
— В том то и дело, что война. Ему надо батальон в бой за собой вести, он их пошлёт, а сам спрячется, — не поворачивая головы к начпо, ответил Бурцев. Начальник политотдела замолчал и только кашлянул в кулак.
— Командир полка тоже такого мнения? — продолжил комдив.
— Я же вам подробно ещё раньше докладывал об этом человеке, Пономаренко не место даже начальника штаба батальона. Я просил Вас, его заменить, — ответил Лужин.
— Куда я его дену, — возразил комдив.
— А с других батальонов начальники штабов? — вмешался начпо.
— Нет, — ответил Лужин, — там все молодые, только прибыли.
— Есть проблема, у Васина нет высшего образования, — сказал комдив.
— Товарищ полковник, — возразил Лужин, — нам не науки толкать, а воевать надо.
— Я тоже такого мнения, Николай Николаевич. Попробую убедить армейских кадровиков.
— А вы командующего убедите, — сказал Лужин, — его аргументы для начальника отдела кадров будут весомей.
— Ну что ж, будем пробовать, — сказал комдив, — парню нужен рост. Засиделся на роте.
— Покомандует, подпишете рапорт в академию, пусть после Афганистана учится, — сказал начальник политотдела.
— Это уже не я, — возразил Лужин, — летом заменяюсь. Это вот он с новым командиром полка, — и показал на Бурцева.
— Сплюнь, раскаркался, пусть ещё утвердят. По деревяшке надо стукнуть — комдив постучал пальцем по столу.
На следующий день Бурцев приступил исполнять обязанности начальника штаба полка. В полку ему было всё известно, он знал хорошо задачу полка. Пользовался уважением среди офицеров полка, поэтому освоился на новой должности быстро. К концу мая пришёл приказ о назначении его на должность. Васин стал комбатом. Командир полка подписал ему представление на майора, и теперь со дня на день ждали приказа.
