Вы призвали не того…Арка 6. Оферон, столица людей. Да здравствует Король!
Вы призвали не того…
Арка 6. Оферон, столица людей. Да здравствует Король!
Глава 173. План «Гэ» (пролог 5 книги).
Василиса
Я сидела на каменном полу в углу камеры и отрешенно смотрела на крепкую железную дверь.
Мыслей не было. Ни единой.
Все силы уходили просто на то, чтобы не разреветься.
Болело все. От побоев, от пыток, от издевательств и изнасилований тюремщиков… Я, конечно, знала, что местные «служители закона» те еще сволочи, но не до такой же степени!
Особенно меня беспокоили подсохшая рана от ожога на боку и дыра от крюка на внутренней стороне бедра. Эти скоты даже не удосужились хоть как-то обработать дела рук своих. Зачем? Все равно на рассвете меня ожидает публичная казнь.
Не знаю, сколько я уже так сидела.
И не знаю, сколько мне еще осталось.
Время словно застыло.
Была только воля, отчаянно цепляющаяся за остатки рассудка, заключенная в умирающем от издевательств теле.
Вот только с каждым мгновением этой воли становилось все меньше.
По щеке медленно скатилась слеза.
А ведь операция казалась такой простой. Я решила даже Андрея не подключать — у него и своих дел хватало. Пропадал целыми днями в канализации, разбираясь с какими-то божественными квестами. Впрочем, мы и без него прекрасно справлялись. До этого момента.
Нужно было всего лишь проникнуть в особняк одного из мелких аристократов, что располагался на окраине Внутреннего города, да «убедить» его присоединиться к нам. Или тихо устранить.
Но там нас уже ждали…
Убийцы из тайной стражи. Если бы не чутье Тай, то мы бы там все и остались. А так только несколько трупов с нашей стороны. Ну и я в качестве пленной.
Что с Ласатардией и остальными мне было неизвестно.
А потом был настоящий кошмар. Я сбилась со счета времени. В памяти остались только бесконечная боль и унижения.
Наверное, я плакала. Скорее всего, умоляла прекратить. Может быть, даже что-то рассказала. Но у меня создалось такое впечатление, что тюремщики и не собирались что-то спрашивать. Они просто наслаждались самим процессом.
А в конце мне пообещали, что утром «выпотрошат память», после чего казнят на главной площади. Через колесование.
В коридоре послышались шаги. Неторопливые. Приглушенные. Они стихли прямо рядом с моей дверью. В замке заскрежетал ключ.
Я невольно сжалась в углу, подтянув ноги к покрытой отметинами от хлыста груди. Уткнулась носом в колени.
Вот и все. Почему я просто не умерла в том особняке?
Скрип двери. Все те же спокойные мягкие шаги. Остановились рядом со мной.
Может быть, напасть? Нет. Я даже подняться самостоятельно не могу.
По щекам уже вовсю катились слезы обиды. Так ведь все хорошо начиналось. И к чему пришло? Жизнь любит подсовывать нам всякое дерьмо…
- Вась.
Кажется, я все же повредилась рассудком.
- Вась, ты там хоть живая, а? А то если нет, то я пойду…
- Ж… живая, - сорванным голосом просипела я, осторожно поднимая глаза.
Передо мной в форме тюремщика стоял Андрей. С извечной кривой улыбкой на лице и связкой тронутых ржавчиной ключей в руке.
- Ну, вот и молодец, - хмыкнул он, присаживаясь рядом. - Идти сможешь? А то я тут, конечно, вовсю лысого чувака со штрих-кодом на затылке косплеил, но скоро ту парочку охранников должны хватиться. И тогда придется задействовать план «Гэ».
- Почему «Гэ»? - на автомате спросила я.
- Потому что «Говно». Ибо с«Авось» пролетели, «Борзость» кончился, а «Валим» мы сейчас рискуем завалить. Давай, красавица, сделаем тебе укольчик от доброго доктора Хомы, и сматываемся из этого милого домика…
Прежде чем мое затуманенное сознание успело переварить тот бред, что он на меня вывалил, Андрей ловко сделал какую-то инъекцию в мое изодранное плечо, после чего легко подхватил на руки.
По телу пробежала мягкая волна, смывающая боль и страх. А разум начал медленно затуманиваться, словно погружаясь во что-то пушистое и невероятно теплое.
- Так и влюбиться можно, - сонно пробормотала я, уткнувшись в шею Андрея.
- Вот этого не надо, - раздался над ухом его негромкий голос. - А то у таких «влюбленных» есть неприятная тенденция к трагическому склеиванию ласт…
***
Егор
Я до скрипа сжал шершавую поверхность посоха.
Угораздило, ничего не скажешь.
Какого мракобеса мы только пошли тогда на прогулку? Сидели бы спокойно в общежитии, готовились к экзамену по истории Великой Империи… Так нет же, нужно было «пойти проветриться».
Эх.
Впрочем, могло быть гораздо хуже. Достаточно вспомнить наш первый опыт встречи с «местными аборигенами». Если бы не Андрей, я был бы уже мертв. А Юля… ее ждала судьба даже похуже смерти.
Я невольно покосился на напряженно замершую рядом подругу.
Дроу. Темная эльфийка. И, кроме внешности, я заметил как постепенно менялся и ее характер. Не знаю, было ли это из-за влияния тела, обстоятельств, пережитого или новых возможностей. Скорее всего, все сразу.
Она и раньше была немного несдержанна, но тут ей просто рвет крышу. К счастью, меня она еще слушается. И Андрея…
