Кристоф много лет поклонялся богу грома, но защищая монастырь и своих братьев, был ранен. Придя в себя в больнице, он видит девушку — прекрасную как цветок и столь же порочную. Кристоф обидел ее, и теперь Мирабель мстит ему, заставляя нарушить обет безбрачия. Сможет ли святой отец выдержать пытки бесстыжей медсестры?P.s. Альтернативная история. Религия - вымышленная
Кристоф сделал очередной замах, когда острая боль пронзила плечо. Пошатнувшись, он опустил глаза, глядя на острие стрелы, которая торчала из его тела. Ну надо же, он не заметил противника, который подобрался к нему со спины. Кристоф перехватил взгляд брата Гаррика, в котором сквозило беспокойство. Видимо, выглядел он действительно скверно. Защита стен монастыря от чужаков — вот главная его функция как настоятеля, и он с ней не справился. Перед глазами все плыло от боли, но он обвел глазами камни, которые были настолько древними, что видели воочию богов. Это были славные годы, но, похоже, пришло время прощаться.
Кристоф упал на одно колено, хватаясь за древко стрелы.
- Настоятель!
Гаррик подлетел к нему и тоже опустился на землю. Он поднырнул под плечо Кристофа, не обращая внимания на алую кровь, которая тут же залила его одежду.
- Нужно уходить, — просипел он, с трудом поднимась.
- Оставь меня, Гаррик. Преимущество пока за нами, но важен каждый воин.
- Братья справятся без меня, нужно отвезти тебя к врачу.
Кристоф засмеялся, но тут же закашлялся, хватаясь за плечо брата Гаррика. Он хотел сказать что-то еще, но перед глазами потемнело, и настоятель монастыря Тильдона златоволосого лишился сознания.
ГЛАВА 1
- У нас новый пациент, Мирабель, — на ходу поставила ее в известность Клементина.
Мирабель с любопытством взглянула на старшую медсестру больницы святой Антонии.
- Почему ты говоришь мне об этом?
- Потому что, дорогая моя, — Клементина остановилась и взяла ее за руку, — это особенной пациент, а ты — моя лучшая медсестра.
- Мне уже не нравится, как это звучит. Особенные пациенты — это, как правила, настоящая заноза в заднице.
- Мирабель! — Женщина притворно возмутилась, но девушка видела в глазах старшей коллеги смешинки.
Они миновали своды старинной части здания больницы и перешли в корпус, который возвели всего 20 лет назад. На каменных стенах здесь не было черного налета, а большие окна пропускали больше света.
- Ну так кто он, Клементина?
Женщина замялась на секунду, и Мирабель сразу же почувствовала неладное.
- Священник.
- Священник? Клементина, ты же знаешь, я терпеть не могу этих храмовников! - Воскликнула Мирабель.
В детстве Мирабель ходила в приходскую школу и бойкой девочке всегда доставалось от отца Лаврентия. Строгий мужчина часто порол ее розгами, искренне полагая, что сможет вбить в ее ветреную голову манеры и послушание. Но всего, чего отец Лаврентий добился, — это того, что выходки Мирабель стали более изобретательными.
- Мирабель! — Уже по-настоящему строгим голосом произнесла Клементина. - Это не обычный храмовник. Этот пациент очень… важный. Под твою личную ответственность.
Старшая медсестра пригрозила ей пальцем и пошла быстрее, давая понять, что разговор окончен и обсуждению эта тема не подлежит. Скрывшись в своем кабинете, она наполовину высунулась в проем и крикнула:
- Восьмая палата, Мирабель!
Громко фыркнув, девушка отправилась в сестринскую. Кем ни был этот важный пациент, никакого особенного отношения он от нее не получит.
***
В палате святоша был один. Мужчина лежал на дальней койке у окна. От дверей лица его видно не было — из-под белой простыни свисала лишь смуглая рука, и у Мирабель мелькнула в голове мысль, что для служителя культа этот мужчина слишком много времени проводит на солнце. По непонятной причине сердце стало биться быстрее, и девушка повела плечами, сбрасывая неприятное ощущение. В несколько быстрых шагов она преодолела палату, поставила поднос с металлическими мисками на шаткую тумбочку и только после этого повернулась к пациенту.
Мирабель изумленно замерла. Мужчина был не просто хорош собой. Он был потрясающе красив, причем не как смазливый мальчишка, чьи черты лица просятся на холст капризного художника. Нет, от пациента исходила какая-то невероятная энергия. Даже будучи без сознания, он, казалось, излучал силу и величие. Короткие черные волосы были красиво подстрижены. Густые, четко очерченные брови хмурились даже во сне, а на щеках синела трехдневная щетина.
Сделав глубокий вдох, девушка осторожно опустила простынь с его груди. Мужчина не был похож на священника, он был похож на воина — ловкого и гибкого. От вида сильного загорелого тела во рту у Мирабель пересохло. Она попыталась взять себя в руки. Ей нужно сделать перевязку, а не пялиться на бессознательного пациента.
Промыв и перевязав рану, Мирабель решила еще какое-то время любовалась прямыми чертами лица.
- Мирабель!
В коридоре раздался крик старшей медсестры, и девушка испуганно подпрыгнула. Ее чуть не застали за разглядыванием пациента. Весело хихикнув в ладошку, Мирабель собрала поднос и выскочила из палаты.
- Ты чего там возишься? Рана что ли воспалилась?
Мирабель сдула с лица прядь волос, со стуком приземлила поднос на металлическую каталку и обхватила Клементину за локоть.
- Клем, скажи, а этот храмовник, он откуда?
Женщина подозрительно прищурилась и пригрозила Мирабель пальцем.