– В конце концов, такая смена деятельности только к лучшему, – сказал он. – Видимо, дела шли не так уж хорошо. Кажется, она немного вымотана.
Я списала это на стресс от судебной тяжбы, что тоже дело нелегкое. Мне и в голову не приходило, что у миссис Рейес еще и проблемы со здоровьем. Теперь многочисленные подработки Матео, о которых он ненароком упоминал в течение дня, приобретают совсем иное значение. Он совсем не хочет мотаться в Бостон ради работы в «Гарретс» – он считает, что иначе нельзя.
– Она нечасто об этом говорит. – Матео вымученно мне улыбается. – И все время, пока твой отец был у нас, она просидела на одном месте. С чего бы ему подумать, что что-то не так?
– Матео, мне так жаль… – От непролитых слез у меня дрожит голос.
Матео смущается.
– Ты не виновата, что она больна.
– Знаю, но… – Горло сжимается, и я умолкаю.
– Скоро мне понадобятся твои указания, – говорит Кэл.
– Что? – Я моргаю и вытираю слезы.
– Как проехать к дому Чарли? – спрашивает он, и только тут я замечаю, что мы уже в центре Карлтона. Как раз проезжаем библиотеку, где в детстве я проводила все летние каникулы, и направляемся к магазинчику, где Матео накупил сладостей и пытался накормить ими меня четыре года назад. – Ехать так же, как до тебя?
У меня в голове словно белый шум, из-за которого я никак не могу сосредоточиться. Хорошо, что Кэлу приходится остановиться, когда на светофоре загорается красный. Я оглядываюсь, не понимая, где нахожусь, несмотря на то что все вокруг мне знакомо, и память наконец возвращается.
– Не совсем. Быстрее будет, если после футбольного поля ты повернешь налево. А потом направо, на Фалкерсон.
Кэл барабанит пальцами по рулю.
– Есть идеи, что делать, когда мы подъедем к дому Чарли?
Нет. Может, пять минут назад у меня еще и были какие-то соображения, но теперь мозг просто отказывается работать.
Беру телефон, чтобы отвлечься и не начать биться головой о переднюю панель, и вижу сообщение от Эмили.
Дальше она прислала мне ссылку на «Ютьюб». Мои пальцы на мгновение зависают на ней, и я делаю совершенно противоположное тому, о чем она просит, – убираю телефон. Я знаю, это ужасно: за весь день я ни разу не связалась со своей лучшей подругой. Беда в том, что я понятия не имею, что ей сказать. Как все это объяснить? Звонок Дэниелу принес мне достаточно неприятностей. Поднося телефон к уху, я в глубине души надеялась услышать в его голосе тревогу. Теперь я чувствую себя обманутой.
Иногда мне становится интересно, что было бы между мной и братом, будь он старшим и наши отношения не строились бы на том, что он постоянно покушается на мое законное положение в семье. Маленьким он ходил за мной повсюду словно хвостик. А я была не против, потому что он был смешным и ласковым фантазером. Дэн бросался на меня с криками: «Лучшая сестра в мире!» – и его возня была для меня сродни возне милого щенка. Сначала он перерос меня физически, но это было нормально, ожидаемо. Все изменилось, когда он начал опережать меня и в учебе.
Если бы Дэниелу было восемнадцать, а не шестнадцать, наверное, я гордилась бы его достижениями, а не завидовала им. А он, возможно, заботился бы обо мне и старался помочь, а не наслаждался каждым моим промахом. И не делал бы новых подлостей.
Кэл вот-вот проедет нужный поворот, так что я напоминаю:
– Направо, на Фалкерсон.
И он поворачивает.
– Я так и думал!
– Ладно, давай потише, – продолжаю я. – Теперь надо свернуть налево, на Эйвери-хилл. Вот сюда.
Кэл сворачивает на засаженную деревьями улицу, где живет Чарли. Она точно такая же, как моя: роскошные дома спокойных оттенков на больших расстояниях друг от друга, вокруг все зелено. Дом Чарли кирпично-красного цвета, чем сильно отличается от белых и серых домов соседей.
– Вон туда, – говорю я, когда он показывается из-за поворота.
Кэл ударяет по тормозам. Но с опозданием, так что мы пролетаем мимо.
– Сейчас развернусь, – говорит Кэл. Он разворачивается и паркует машину через дорогу от дома Чарли. – Что теперь?
На подъездной дорожке стоит знакомый красный джип.
– Он дома, – говорю я. – По крайней мере, его машина. Просто постучим в дверь?
Кэл корчит рожу.
– Уверена, что это хорошая мысль? Что, если убийца Бони сейчас охотится за Чарли? По телефону мне показалось, что он в панике.
– Тогда ему нужна помощь, – возражает Матео, отстегивая ремень безопасности. – Давайте вы пока останетесь здесь, а я с ним поговорю.
– Один? – Я поворачиваюсь к нему, озадаченная и испуганная. – Нет! Это может быть опасно.
– Я осторожно. Скоро вернусь.
И прежде, чем я успеваю возразить, Матео хлопает дверцей и быстро удаляется от машины.
Кэл задумчиво наблюдает, как он идет по подъездной дорожке Сент-Клеров к дому.
– Айви, почему Матео ведет себя так странно?
– Странно?
– Он почти ничего не сказал по поводу того, почему попал в тот список, а теперь вдруг решил идти один. Что происходит? – Матео уже у входной двери и звонит в звонок.
– Он просто смелый, – отвечаю я.
У Кэла неестественно сильно расширяются глаза.
– Про меня ты так не говорила, – напоминает он.
