– Может, ты не делала ничего «не так». Ты – моя мать. Я – твой ребенок. Общество говорит нам, что мы должны любить друг друга. Но я – все еще я, а ты – это ты, – мое сердце забилось быстрее, а голос немного задрожал, хоть я и пыталась это скрыть. – У нас нет ничего общего, кроме родственной связи. Правда в том, что будь мы посторонними людьми – мы бы даже не понравились друг другу. Так почему бы нам не признать это и не прекратить попытки установить эту «особую связь», которой у нас никогда не будет.
Мамино лицо потускнело.
– Ты и сама не веришь в то, что говоришь.
Я перегнулась через перила. Мимо проплыла медуза, пойманная в бурный поток, тянущийся за паромом. Теперь она не властна над своей собственной судьбой.
– Тогда придумай объяснение получше. Что, по твоему мнению, с нами происходит?
Но мама ничего не сказала. Ей было нечего мне ответить.
Остаток поездки мы не разговаривали напрямую, используя Рейчел в качестве буфера против возникшего между нами напряжения.
Я бродила по маленькому магазину, делая вид, что мне интересно, только ради Рейчел. Они с мамой остановились у прилавка с украшениями, рассматривая заколки «две по цене одной». Я тихо постукивала ногой, стараясь не выглядеть нетерпеливой.
– Мер, какую мне выбрать? – Рейчел держала в руках четыре набора заколок, и все они были украшены пластмассовыми жемчужинами и маленькими блестящими стразами. На мой взгляд, они выглядели абсолютно одинаково.
– Выбери ту, что тебе больше всего нравится.
– Но в этом и проблема. Я не могу решить. Помоги мне.
– Ладно, – вздохнула я. – Бери эти две, – я кивнула на ближайшие ко мне наборы.
Она довольно ухмыльнулась.
– Они мне тоже понравились. Великие умы мыслят одинаково.
Я ответила ей легкой улыбкой и посмотрела на маму, которая собиралась пойти на кассу. Вместо этого она замерла на месте, уставившись в одну точку за моим плечом. Ее лицо побледнело, а ноздри нервно раздувались.
Я обернулась.
В паре метров от нас стояли родители Бена. Мама и тетя Лайла смотрели друг на друга, как два садовых гнома, застыв в одной позе. Тетя Лайла первая вышла из этого транса. Она вздрогнула и попыталась уйти, но мама ее остановила.
– Лила, пожалуйста. Прошло уже много месяцев, – мама прижала к груди сжатый кулак, как будто испытывала физическую боль. – Я так по тебе скучаю.
Тетя Лайла стала призраком прежней себя. Она очень похудела, и на ее лице выделялись острые скулы. Морщины около рта и в уголках глаз стали только заметнее, а к ее каштановым волосам добавились седые пряди. Вина пригвоздила меня к месту, словно ноги залили цементом.
Мама не сдавалась.
– Мы могли бы просто поговорить. Расскажи мне, что ты чувствуешь. Раньше мы могли говорить друг с другом обо всем.
Тетя Лайла сделала глубокий вдох, больше похожий на всхлип. Дядя Ал потянулся к ней, но она отмахнулась от него.
– Я знаю, чего ты хочешь, – сказала она на удивление твердым голосом. – Ты хочешь, чтобы все было как прежде, но я так не могу. Я не готова.
Ее холодный взгляд опустился на меня, пробирая до самых костей. Женщина, которая однажды была мне второй матерью, теперь смотрела на меня с ненавистью.
– Я знаю, что это не твоя вина, Мередит. Я знаю, что это все только в моей голове, но когда смотрю на тебя – чувствую только злость. Я знаю, что это нечестно, но это мои чувства.
Ее внимание переключилось на Рейчел.
– Мне жаль, дорогая. Ты не должна была этого слышать, но так как Мередит твоя сестра, я боюсь, ты тоже слишком быстро повзрослеешь.
– Лайла! – воскликнула мама.
– Что? Ты хотела знать, что я чувствую. Теперь ты знаешь, – она посмотрела на дядю Ала. – Отвези меня домой, пожалуйста.
Дядя Ал кивнул и взял ее под руку, но обернулся по пути к выходу. Наверняка он чувствовал себя так же, как и мы все: пустые оболочки, переживающие одну и ту же боль снова и снова. Его взгляд скользнул по мне, как будто он хотел что-то сказать, но мужчина лишь опустил голову и продолжил идти.
Рейчел проводила нас обеих до машины, придерживая маму за талию и взяв меня за руку. На парковке она вложила мне в руку ключи от машины.
– Ты сядешь за руль.
– Я не могу, – пробормотала я. Тетя Лайла была права. Из-за меня Рейчел пришлось слишком быстро повзрослеть.
– Мер! Тебе придется отвезти нас домой, потому что мама не в состоянии этого сделать.
Мои пальцы сжали ключи, и только тогда я смогла посмотреть на маму. Беззвучные слезы стекали по ее щекам и капали с подбородка. Я никогда не видела ее такой. Даже после того, что я сделала. Как будто она прятала свои чувства за тонкой оболочкой все это время, и теперь слова тети Лайлы разбили этот хрупкий слой, оставив на его месте только горстку осколков.
Рейчел посмотрела на нее со страхом в глазах.
– Мы должны отвезти ее домой, к папе. Он знает, что делать. Он все исправит.
Я кивнула.
– Да. Не волнуйся, – я обняла сестру. – Я отвезу вас обеих домой.
На самом деле, я очень сомневалась, что у кого-нибудь – даже у папы – получится хоть что-то исправить.
