– Я поцеловала Уайта Квина, и это меня убивает. Я люблю тебя, но когда Уайт поблизости я испытываю чувства, от которых не могу отделаться. Рядом с тобой я могу о них забыть. Но рядом с ним я начинаю задумываться о стольких вещах. Я ощущаю волнение, любопытство и безрассудство… и мне это нравится.
Еще больше тишины. Больше мрака. Легкий дождь начал усиливаться, и ко мне вернулось чувство, будто я тону.
– Но это произошло всего один раз, и теперь все кончено. Мы даже не разговариваем, – конечно, это было решение Уайта, а не мое. – Скажи что-нибудь, Бен. Пожалуйста.
– Ты правда хочешь это услышать? – его голос охрип, и по его волосам стекали капли дождя, падая ему на плечи.
Я тяжело сглотнула и кивнула в ответ.
– Я дал тебе второй шанс, – его лицо исказилось от боли, а темные глаза слились с ночным небом. – Я снова доверился тебе, потому что я люблю тебя, а ты поцеловала другого парня. Ты снова меня предала, – он встряхнул головой, разбрызгивая холодные капли. – Я даже смотреть на тебя не могу. Ты – не та девушка, в которую я влюбился. Я даже не знаю, кто ты.
Нет. Я всхлипнула и попыталась встать на ноги, но мне мешала больная лодыжка. К тому моменту, как я поднялась на ноги, он уже уходил прочь.
– Стой! Бен!
Я побежала за ним, но моя нога попала в небольшую ямку в песке. В растянутой лодыжке вспыхнула острая боль, и я упала на землю. Сидя на песке, под проливным дождем, я смотрела, как Бен исчезает в ночи.
По моим щекам стекали лишь капли дождя, но не слез. Я не могла заплакать, потому что это означало бы, что все кончено. Я все еще могла помириться с Беном и заслужить его доверие.
Я отчаянно в это верила.
Каким-то чудом я дожила до воскресенья. Теперь моя лодыжка позволяла мне спокойно ходить, но не бегать, а именно этого мне и не хватало. Я хотела бежать до тех пор, пока не потеряю способность думать.
Я пристально следила за часами, дожидаясь вечера, чтобы извиниться перед Беном. Я решила, что буду сидеть на пляже, пока он не появится. Если он слишком зол, чтобы прийти сегодня, – я буду ждать его завтра, и послезавтра, и на следующий вечер. Для моего поступка не существовало оправдания, но я верила в доброту его сердца. Бен уже простил меня однажды, и мне хотелось верить, что он сможет простить меня снова.
Ужин прошел в тишине. В последнее время моя семья обращалась со мной очень осторожно. Они чувствовали мое напряженное состояние с тех пор, как я поцеловала Уайта. Мама с папой спрашивали меня, что случилось, но я не собиралась делиться этой историей.
На другом конце стола мама с Рейчел обсуждали весенние танцы. Моя сестра хотела пойти туда с друзьями, и мама предложила ее подвезти. Рейчел посмотрела на меня.
– Может, Мер меня отвезет? Ты же тоже пойдешь, да?
– Да, конечно.
Я задумчиво прожевала кусочек картошки. Да. Я высажу Рейчел у школы, съезжу на пляж и заберу ее, когда танцы закончатся: идеальная причина для того, чтобы уйти на весь вечер и не отвечать на бесконечные расспросы родителей.
Совсем скоро я уже стояла на крыльце в ожидании Рейчел. Она вышла из дома в прелестном платье и балетках, ее волосы были закручены в тугие локоны, а в ушах сияли золотые гвоздики. Я внимательно осмотрела ее наряд и узнала голубую сатиновую ткань.
– Эй, это мое платье?
Она покрутилась на носочках.
– Это было твое платье, а теперь оно мое.
Платье очень ей шло. Я попыталась вспомнить ощущение сатина на моей коже, но все воспоминания, оставшиеся от того вечера, принадлежали Бену. Благодаря ему я чувствовала себя красивой в чем угодно. Моя решимость только усилилась. Я найду способ с ним помириться.
Рейчел окинула взглядом мои джинсы и черный топ, и звонко рассмеялась.
– Мне нравится, что некоторые вещи никогда не меняются.
Она взяла меня под руку, и мы направились к маминой машине. До школы мы ехали под песни Тейлор Свифт. На школьной парковке я притормозила у главного входа.
Рейчел нахмурилась.
– Почему ты не паркуешься?
Я сжала руль.
– Я не могу пойти на танцы. Мне кое-что нужно сделать.
– О чем ты говоришь? Мама с папой об этом знают?
– Нет, но я буду ждать тебя здесь, когда танцы закончатся. Обещаю.
– Мер…
– Слушай, это очень важно. Так что, пожалуйста, иди к своим друзьям и веселись, – я постучала по рулю большим пальцем в ожидании, когда она выйдет из машины, но она не двигалась с места. – Рейчел?
Я повернула голову. В свете школьных фонарей она выглядела маленькой и бледной. Она нервно прикусила свою губу: эту привычку мы обе унаследовали от мамы.
– Пойдем со мной, Мер. Что бы ты ни планировала сегодня вечером – не делай этого. Пойдем со мной. Я знаю, что ты не любишь танцевать, но мы можем просто постоять в углу и посмеяться над остальными. Мне все равно. Просто пойдем со мной.
В ее голосе сквозило отчаяние, и я не понимала, в чем дело. Мой живот скрутила тянущая боль.
– Что происходит? Ты в порядке?
Рейчел схватила меня за руку и так крепко сжала мои пальцы, что я зашипела.
– Мне казалось, что тебе стало лучше, но я же вижу: с тобой снова что-то не так. Я боюсь.
– Чего?
