Он со сосредоточенным видом сел мне на ноги и принялся разбираться в хитросплетении узелков.
Я поняла, что вечер начал окончательно терять свою романтическую направленность, и попросила:
– Да режь ты их уже! Или разрывай ткань!
– Нет-нет, – сказал Ирга. – Это уже вопрос интереса. Неужели я не разберусь?
– Я тебе гномью головоломку подарю, – предложила я.
– Не крутись, я только начал разбираться. И гномью головоломку подаришь, я даже не думал, что меня это так увлечет.
Я закрыла глаза и стала думать об эротике, надеясь сохранить остатки желания. Но на ум лезли почему-то только непристойные анекдоты, но о них я решила не думать, не зная, как воспримет Ирга мое хихиканье.
Наконец разлюбезный жених улегся рядом со мной с удовлетворенным вздохом.
– Я сделал это, – сказал он счастливо. – Знаешь, такое чувство у меня было, когда я впервые зомби поднял.
Я засомневалась, что поднятие зомби ассоциируется у возлюбленного с сексуальным желанием, хотя кто его знает. Отчего-то же люди идут в некроманты.
– Тебя этот процесс должен был возбудить, – жалко проговорила я, не дождавшись от Ирги хоть каких-нибудь действий.
– Да? – удивился он. – Ну ладно, я сейчас настроюсь.
Я подождала немного, но услышала только ровное дыхание. Некромант заснул. Заснул? Заснул?!
Крайне взбешенная, я перелезла через него, оставив бесполезный пеньюар на кровати. Что делать? Будить Иргу и окончательно испортить вечер безобразной сценой? Нет, не пойдет. Мой взгляд упал на черно-красную тряпку, лежащую на кровати. Вот! А пойду-ка я объясню хозяйке салона белья, что нехорошо обманывать покупателей.
«Он ляжет, а у него встанет», – вспомнились мне ее слова. Он-то лег, только что надо не встало! Верну свои деньги или разгромлю витрину, для улучшения настроения. Что, разве только мне должно быть плохо?
Натянув одежду, я тихо вышла на улицу. Задуманное требовало храбрости, поэтому я направилась в «Больше пей!», где всегда могла найти сочувствующих.
Приняв для храбрости, я вышла на улицу и столкнулась в дверях с друзьями – Отто и Трохимом.
– О, Ола! – удивился полугном. – Ты же вроде как к Ирге собиралась.
– А я у него была, – ответила я мрачно.
– И что, не получилось? – посочувствовал лучший друг.
– Нет, – всхлипнула я.
Отто молча протянул мне бутылку, а Трохим заинтересовался:
– Вы о чем?
– Ола сегодня хотела Иргу соблазнить, но у нее ничего не вышло, – объяснил полугном.
– Совсем ничего не вышло, – подтвердила я. – Ему ничего не понравилось – ни эротическое белье, ни возбуждающий танец, ни прямое предложение!
– Совсем плохо, – сказал Трохим. – А ты уверена, что он… не того?
– Что – не того? – не поняла я.
– Не ослаб по мужской части?
– А, это. Нет, он о-го-го, – сказала я. – Правда, это давно было.
– После твоего «давно» много чего могло случиться, – поучительно сказал Трохим. – Например, на кладбище мог отморозить.
– Нет-нет, он не такой, он за собой следит. Тем более сегодня я видела, как у него…
Отто вдруг попятился с выражением ужаса на лице. Трохим поднял глаза и тоже побледнел. Я прервалась на полуслове, чувствуя, как по спине забегали мурашки.
– Спасибо за обсуждение, – сказал сзади ледяной от ярости голос, растягивая гласные.
– Ну нам пора, – проблеял полугном, а Трохим закивал.
– Возьмите меня с собой, – жалобно пискнула я.
– Ничего, ничего, мы тебя оставляем в нежных руках жениха. – Отто было направился в кабачок, но я удержала его за руку:
– Он же меня убьет!
– Не для этого он тебя оживлял. – Полугном выдернул руку из моего захвата.
– «Он» оживлял ее как раз для этого, – мрачно сказал некромант. – Чтобы убить своими руками и получить от этого незабываемое удовольствие.
Я медленно повернулась.
– Как ты меня нашел? – спросила я, зыркая по сторонам в поисках пути для бегства.
– Это было легко, – ответил некромант грозно.
– Неужели я такая предсказуемая?
– Поисковым заклятием, – сказал Ирга. – Я проснулся, а тебя нет.
– Ты же не любишь поисковое заклятие. – Я старалась оттянуть время разборок. – У тебя же голова будет болеть.
– Уже болит, – сообщил некромант и неохотно добавил: – Я подумал, что ты с горя пойдешь вешаться или топиться.
Я посмотрела на возлюбленного. Он, сжав губы, смотрел на меня.
– Да, – сказала я, подумав. – Я хотела что-то сделать, потому что твое пренебрежение моими прелестями нанесло мне неизлечимую душевную рану.
– Ах вот оно что! Значит, тебе издеваться надо мной можно, я, значит, железный!
– Я не издевалась над тобой, – сказала я, повернулась и помчалась по улице.
Ирга довольно легко меня догнал, перебросил через плечо и понес домой.
– Я с тобой разберусь, – пригрозил он, одергивая юбку, чтобы не торчали ноги, которыми я старалась его пнуть.
– Помогите, люди добрые, убивают! – запричитала я.
Говорить было тяжело, плечо некроманта больно упиралось мне в живот.
– А-а-а-а!
– Стой, что происходит? – раздался оклик, и к нам, бряцая оружием, подошел патруль городской стражи.
– Помогите! – пискнула я.
Стражники обошли нас кругом, подняли фонарь.
– А, пан Ирронто! Что вы делаете?
