– Да, – сказала я спокойно, – мне кажется, я видела всех твоих девушек за последние пять лет.
– Ну надо же было мне чем-то заниматься, пока я ждал, когда ты обратишь на меня внимание! – фыркнул Ирга. – Тебя на кровать как укладывать: на меня или под меня?
– На. Мы еще не договорили…
– Перестань ты думать об этих всяких Октавиях! Сейчас и в будущем для меня существует только одна женщина, и зовут ее Ольгерда.
– Все-таки неприятно, когда кто-то другой рассказывает о том, какой ты в постели. Я чувствую себя тогда полной дурой, – пожаловалась я, поудобнее укладываясь на твердом и теплом теле.
Ирга задержал дыхание, а потом выдавил из себя:
– Ну и ты рассказывай тоже.
– Я лучше буду рассказывать о том, какой ты ужасный в постели, – решила я. – Чтобы уменьшить немного ореол твоей безупречности.
– Тебе доказать, какой я? – зарычал Ирга, ловко перекидывая меня на подушки и устраиваясь сверху.
– Ой, боюсь-боюсь… ах… ну что ты делаешь, я сейчас просто с ума сойду!..
Когда я проснулась и лежала на кровати, сонно потягиваясь, то поймала на себе дольно странный взгляд возлюбленного.
– Что такое? – насторожилась я.
– Ничего, – улыбнулся Ирга, – просто ты у меня очень красивая.
Что-то в его тоне заставило меня насторожиться, поэтому я вскочила с кровати и прошлепала босыми ногами по полу к зеркалу.
– Не кричи, – сказал парень, закрывая мне рот рукой и целуя плечи. – А то соседи подумают, что я над тобой издеваюсь. Ай!
Укусив некроманта за руку и тем самым избавившись от импровизированного кляпа, я прошипела:
– А это как называется? Не издевательство?
– Это называется «неудачно сработало заклинание».
Моя прическа представляла из себя идеально расчесанные, шелковистые волосы
– Это лучше, чем было, – защищался Ирга. – Думаю, если помыть голову еще раз, они вернут свой цвет.
– Я тебе уже говорила…
– Что ты меня ненавидишь? Говорила, но это звучало неубедительно.
Я сердито забурчала и направилась в ванную.
Когда я вернулась, Ирга помог мне высушить волосы и преувеличенно бодро воскликнул:
– Я же говорил, что все будет в порядке!
– Правда?
– Да, они только слегла отливают зеленым, – сказал некромант и быстро сменил опасную тему: – Тебе помочь собирать вещи?
– Давай! – обрадовалась я, вспомнив об огромной куче, ожидающей меня в комнате.
– Что, много вещей? У меня есть опыт переездов.
– У тебя есть опыт твоих переездов, а мне вещей нужно куда больше.
– Не забывай, у меня две сестры, и обе они учатся не дома.
– Ты им вещи собирал?
– Нет, – сказал Ирга мрачно. – Я их таскал, и, поверь, это был единственный случай в жизни, когда я жалел, что у меня не десять рук.
– Ты еще мою кучу не видел, – вздохнула я.
– Так в чем же дело? – Возлюбленный обрадовался, что я уже не возвращаюсь к цвету волос. – Пойдем, времени до отъезда осталось очень мало.
– А ты только и рад от меня избавиться!
– Конечно, – согласился Ирга. – Наконец-то мой буфет перестанет опустошаться прожорливой девчонкой. Идем-идем…
В моей комнате некромант окинул хозяйским взглядом завалы на полу, обошел кучу несколько раз, взял большую сумку и через полчаса сказал:
– Все, это возьмешь с собой, а остальное я могу привезти или Лира грузовой каретой передаст.
– Это что, все?! – поразилась я, заглядывая в сумку.
– Да. Две юбки, официальная мантия, рабочая одежда, домашняя одежда, пижама, теплая одежда, две смены белья, туалетные и косметические принадлежности, три блузки.
– Но этого мало! – Я попробовала поднять сумку и поразилась ее весу. – Все равно мало!
– Это на первое время, – напомнил Ирга. – Тебе хватит, а остальное барахло потом получишь.
– Это не барахло! – возмутилась я, заталкивая в шкаф рассортированные вчера по мешкам вещи. – Это моя одежда.
– Согласен, но от этого она не перестает быть барахлом.
– Забудь об этом, – сказала я, прижимаясь к некроманту. – Мне хочется провести с тобой побольше времени перед отъездом, но на кладбище я больше не пойду.
– Жаль, – сказала Ирга. – Я только что придумал новую шутку с твоим участием. Хочу отвратить своих стажеров от кладбища.
– И не думай! – возмутилась я. – Пусть себе лопаты таскают, а я не клоун!
– Жаль-жаль, – прошептал Ирга, целуя меня. – Но у меня есть шанс тебя уговорить?
– Посмотрим, – уклончиво ответила я, уже уносясь мыслями в неизвестный мне городок, в котором придется провести так много времени вдалеке от любимого.
Дребезжащая и тряская пассажирская карета высадила нас с Отто посреди пыльного пустыря. Я окинула его взглядом, задержавшись на трех тощих курах, что-то сосредоточенно клюющих в большой мусорной куче, и бросилась вслед за каретой.
– Стойте! Стойте! – завопила я.
– Что-то забыли, панна? – спросил кучер.
– Нет, это вы забыли! Вы где нас высадили?
– Гнедино. Как и заказывали – центральная площадь.
– Центральная площадь? – выдохнула я.
Кучер кивнул, нетерпеливо постукивая себя рукояткой кнута по руке.
– Если хотите, я на обратном пути вас заберу.
– Хотим, – сказала я.
