Трещат морозы крещенские, шумит новогодними празднествами стольная Ладога.А пуще ветров зимних – слухи летят. Царевич-то жениться решил! И отбор уж объявлен, и свозятся во дворец самые прекрасные боярышни Россы, и шипят змеями их матери, и подсчитывают возможную прибыль отцы. Та, на кой царевич женится, в семью почет и славу принесет, а пуще того – власть и деньги. У царя-то наследника другого и нет до сих пор. А еще говорят, с царицею царь разводится, так что вдвое злее стали боярышни. За такой куш и соперницу со света сжить не грех. И дуют ветра зимние над дворцом царским, в окна заглядывают… что-то будет в Россе интересное?Причины купить книгу:1. Повеселиться на зимней ярмарке в стольном городе великой Ладоге.2. Побывать на отборе государевом.3. Полюбоваться на красавиц-боярышень.4. Послушать об интригах росских, о боярах и их замыслах.5. Побывать в святилище древнем, с волхвами за Россу помолиться, пусть берегут ее старые Боги.6. Пожить во дворце государевом, в терем заглянуть, узнать о том, для чего ходы потаенные надобны.7. Заглянуть в страны далекие, узнать о том, кто к границам Россы подбирается.8. Побывать в Ордене Чистоты Веры, узнать, так ли чиста их вера.9. По лесочку зимнему пройти, снежок губами поймать, солнышку улыбнуться. Зима пришла в Россу-матушку!
© Гончарова Г. Д., текст, 2025
© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025
Небольшая келья была обставлена нарочито бедно. Да и к чему ее хозяину роскошь?
Немного удобства – то дело другое.
К примеру, ширма, за которой прячется нужно2е ведро или удобный тюфяк. Не из стремления к роскоши. Просто возраст уж таков – на жестком кости ломит. Спину выкручивает, аж спасения нет. Словно кто-то гвоздь меж лопаток забивает – и крутит, крутит его там, чтобы еще больнее было, еще страшнее.
Боли хозяин кельи не боялся. Не настолько. Но – к чему она лишняя? Все ко времени быть должно, к месту.
Опять же, ширма не расшита золотом или драгоценностями, ведро самое простое, тюфяк не лебяжьим пухом набит, а обычным, гусиным…
Простой деревянный стол выполняет свою функцию: несет на себе множество бумаг, и кому какая разница, что он уже тридцать лет стоит на этом месте? Уже и вид потерял – хотя какой там вид? Вечно на нем как сугроб бумажный навален. И перо не павлинье для письма – обычное, гусиное. И прибор письменный из дешевенького олова – ну так что же?
Хозяину кельи была важна реальная власть.
Не игра, не подделка, не подмена власти над жизнями и душами человеческими на пошлую роскошь. Нет.
Важно ему было, чтобы по одному слову его полки́ с места срывались, короли и князья повиновались, священники проповедовать начинали по слову его…
Да, именно его слову.
Господь?
Ну так Господь-то давненько по земле ходил. А когда б явился он в эту келью, так решения ее хозяина непременно б одобрил. Мало ли что там и тогда было? Живем-то мы здесь и сейчас.
Требуется для защиты веры убить сто еретиков?
Убьем двести! Чтобы точно никто от расплаты не ушел.
Требуется город сжечь со всеми его жителями?
И такое бывало в летописях Ордена. И сжигали, и землю солью посыпали, и языки вырывали за упоминание о еретическом месте. Так ведь это не со зла творили рыцари! Они души спасали невинные. Ежели завелся в городе даже один еретик, то подобен он будет чуме и собаке бешеной, заразит он души невинные и впадут несчастные в грех ереси.
А коли не успеет заразить всех и кто невиновный под меч рыцарский попадет?
Так они ж невинные, они непременно попадут в Царствие Господне, к престолу Его. А Магистр помолится за их спасение. Как всегда молился.
Искренне.
Истово.
И бичевал себя искренне, и плоть умерщвлял – тоже от всей души. Это уж в старости чуточку ослабил вожжи. Понимал, когда умрет, не доведя дело до конца, преемники и промахнуться могут.
Не справятся. Не сумеют просто, для того иные силы надобны, иная вера, его убежденность за собой людей вести.
Дело всей жизни его.
Росса!
Богатая страна, в которой даже самый бедный житель ходит в мехах.
Громадная страна, в которой можно ехать от одного города до другого несколько месяцев – и не доехать. Страна, в которой трещат лютые морозы, а золото валяется под ногами россыпью. В которой бродят по улицам медведи и звери песцы.
Страна, не знающая истинной веры!
Вот что самое ужасное! Самое кошмарное!
И ведь живут они и горя не знают. И строятся в Россе храмы, но крестятся они там не по-людски, а справа налево, и сажают поодаль от храмов березовые и дубовые рощи, в которых ставят грязные капища языческие. Дубовые рощи для Рода. Березовые – для Живы.
Воистину, безумны эти россы – как можно предположить хоть на миг, что Бог может быть… женщиной?! Даже подумать о таком уже грех, уже ересь лютая, беззаконная, за такую и живьем-то сжечь мало будет! Какую казнь ни возьми – все одно не хватит ее за эдакое кощунство.
Женщина может быть пригодна для деторождения, но для чего-то еще? Это просто красивый и глупый сосуд для мужского семени, так и относиться к ним надобно. Чтобы сидели в своих домах, выходили только в церкви и на рынок, а занимались бы домом и детьми. И так от них вреда достаточно.
Известно же, где баба, там и бес.
А бес просто так сидеть не будет, он пакостит, искушает, нашептывает…
По-хорошему, вообще б от баб отказаться, да вот беда – род человеческий оборвется! Но к себе, в Орден Чистоты Веры, магистр их не допускал.
Великий Магистр Эваринол Родаль их вообще терпеть не мог.
А на некоторые… отклонения от линии Ордена глаза закрывал.
Подумаешь, оруженосец смазливый? Бывает всяко. Лучше уж особая мужская дружба, чем баба, которая встала между двумя мужчинами. Между собой-то мужчины договорятся, а с бабами какой может быть договор? Когда у них в головах невесть что творится!
Единственное, для чего пригодны бабы, – получать от них потомство. Так ежели кто из его рыцарей желает – пусть селят своих девок подальше, отдельно, естественно не женясь на них (вступающий в Орден приносил обет безбрачия), и навещают их иногда. Сделают ребенка – и дальше служат Святому Делу! Тогда и шантажировать их жизнями этих личинок тоже не удастся.
Да-да, детей магистр Эваринол тоже не любил.
Были у него свои причины, только никому и никогда б он в них не признался. И собеседнику своему тоже: разве можно другому слабости свои показывать да уязвимые места? Нет таковых у магистра и не было, и не найдете!
