— Мутант-троглодит. Он и его друзья живут в канализации. Иногда они нам помогают, обменивая информацию на товар. Он сказал, что сумел проникнуть в собственную канализационную систему научного комплекса, а оттуда — в подвал. Там он и нашёл несколько трупов.
— Да. На всех были такие же раны. Похоже, наши учёные каким-то образом добыли частичку твоего приятеля-ящера и теперь экспериментируют.
— Он не мой приятель, — автоматически поправила Ангелина. — Дело плохо, Командир. Мне придётся наведаться в Логово и поговорить с ящерами. Не думаю, что им это понравится, — она указала на тело.
— Послушай, Николай справлялся о тебе вчера. По-моему, на официальной работе у него выходной, так что он должен быть сейчас на базе. Поговори с ним, потом отправишься к своим инопланетным знакомым.
— Спасибо, Командир. Я доложу, как прошёл разговор с ящерами, когда вернусь, — с этими словами Ангелина встала и пошла в сторону выхода.
Ящерами люди прозвали группу инопланетных особей, тайно проживающих на Земле. Они наблюдали за планетой, иногда вмешиваясь в дела человечества, незаметно направляя его, как садовник, обрезающий лишние ветви для формирования правильной кроны. Их целью было не допустить новой войны и незаметно помочь людям выйти на уровень, необходимый для открытого контакта с более зрелой цивилизацией. Непонятным ей образом Ангелина получила гены одного их вида — ликвидаторов. Насколько она знала, сейчас на Земле проживал всего один ликвидатор. Во всяком случае, так было раньше, поскольку найденные мутантом-троглодитом трупы также были ликвидаторами.
По затемнённой лестнице с вечно барахлящими лампочками Ангелина поднялась из подвала наверх, в жилые комнаты. Официально база Командира была общежитием. Казалось, здание вот-вот развалится, но оно таило в себе немало секретов. Ангелина жила здесь всего несколько месяцев, но уже знала базу наизусть и без труда нашла нужную комнату.
Она постучала в дверь и услышала усталое: «Войдите». Комнатка была маленькой и убогой, как и большинство в этом здании. Простая кровать, полка с книгами, грубый стол и стул перед заклеенным широким листом бумаги окном, шкаф с одеждой и оружием, дверь в личный кабинет раздумий и душ, и всё. Но здесь жил человек, которого она любила, и эта комната была для неё роскошнее любого дворца.
Он сидел на кровати и, похоже, ждал её прихода. Тёмно-карие глаза молодого человека были усталыми. Ангелина аккуратно прикрыла дверь и опустилась на стул напротив него.
— Я хотела извиниться. Вчера я сорвалась.
— Тебе настолько противен мой запах? — спокойно спросил он.
— Не совсем. В какой-то мере мне неприятны все запахи вообще. Я почти не помню, что со мной происходило, пока человеческие учёные экспериментировали с моим телом. Когда я снова осознала себя, первым, кого я увидела, был Сайринат. И первым запахом, который я ощутила, был его запах. И всё, что я чуяла после, я неосознанно сравнивала с ним. Так было, пока он не выгнал меня из Логова.
— А из-за чего вы поссорились-то?
— Мы не ссорились. Он просто назвал меня отработанным материалом и приказал уходить. Оказывается я, полукровка, раздражала его.
— А ты?
— Хотела съездить ему по физиономии, но какой смысл? Я просто ушла.
— И теперь ты не сравниваешь другие запахи с его?
— Стараюсь. Уже получается лучше. Я уверена, что однажды смогу привыкнуть к тебе.
— Пойдём, погуляем где-нибудь?
— Не сейчас. Командир просил меня кое-что сделать.
— Мне это не понравится? — Николай слегка прищурился.
— Мне нужно навестить ящеров в Логове. Я не надолго.
— Можно мне пойти с тобой? Я не хочу отпускать тебя к ним одну.
— Ящеры не пустят к себе чистокровного человека. Я скоро вернусь.
— Будь осторожнее, наши власти уделяют подозрительно много внимания патрулированию западных окраин, даже полуразрушенных районов.
— Догадываются, — вздохнула Ангелина. — Там один из входов в Логово. Но люди не смогут найти его.
«А, если и смогут, очень сильно об этом пожалеют», — добавила она про себя. Ящеры воевали, и воевали почти постоянно, что наложило отпечаток и на них самих, и на их технологическое развитие. Война изменила их тела, стала их частью, впечатавшись в сердцевину костей. Они были цивилизацией воинов, вечно стремящихся к миру. Их души желали мира, но тела уже молили о постоянной битве, борьбе неважно с кем. Ангелина чувствовала это на себе. С детства она не любила боль и убийства, но даже её теперь пьянило ощущение собственной безнаказанности и силы. Мечтая о спокойной жизни где-нибудь в тихом загородном домике, она нуждалась в адреналине, как в воде.
