Твёрдо верила, что именно она, Тильдочка, будет приближенная к богатству великого лорда Алонсо, а не эта молчунья Этьена. Уж сильно она сама себе на уме, эта служанка.
Впрочем, и её хозяйка рыжая Армисия не лучше. Ходят обе, как рыбы вялые, исподтишка глазами лупают. Фу!
Тильда аккуратно опустила цветок на прикроватный столик, поправила лепестки. Принялась за обычную работу. Сколько же у неё дел, кому сказать. Сколько дел!
Элен шла за Армисией, от нечего делать наблюдая за плавными покачиваниями складок её платья.
Конечно, ничего странного в том, что они не подружились. Однако, теперь в Элен росло чувство острой неприязни.
Ей хотелось одной идти по коридору. Без Сеула. И чтоб образ соперницы растаял в её памяти.
А ещё её волновало, что Сеул никак не реагировал, не подавал ей знака про их общую тайну в библиотеке. Элен же интересно!
В глубине мозга шли игры, нет-нет, да всплывали предположения, что это Сеуловы штучки, может он лихо прячется, затаился, а сам и есть главный вражина?
Внезапно Сеул остановился и пронзительно посмотрел в глаза Элен через голову Армисии.
Элен чуть не поперхнулась. Сеул как будто прочитал её мысли, пробуравил её таким страшным взглядом, что у Элен все тайны вылетели из головы. На фига она вообще полезла в эту библиотеку.
Войдя в зал, увидела Алонсо. Он, по обычаю, уткнулся в газеты, мельком взглянул на дам, кивнул. Задержал взгляд на Элен, совсем чуть-чуть, снова скрылся за газетами.
Элен расстроилась. Она не прочитала в этом взгляде ни-че-го.
Подали безумно вкусный вишнёвый пирог. Тесто, белоснежное, пористое, сахарное – можно язык проглотить.
Рядом в креманках вишнёвый мус, взбитые сливки, засахаренные фрукты. Милейшие корзинки свежей ягоды, перевитые шёлковыми лентами. От пиршества можно с ума сойти!
Элен с восторгом подумала, как угадала с платьем. Прям в тему вишнёвой палитры. Не то, что Армисия. Вечно, то в белом, то в зелёном.
Элен острожно перевела глаза на мужчину, в которого влюблена. Он неотрывно смотрел на неё, откинувшись на спинку.
Элен вспыхнула. Вот дурёха! Наворачивала пирог за обе щёки, небось вся моська в сиропе, а он наблюдал за ней.
Она снова подняла глаза, он улыбался уголками губ.
Отпустил её взглядом, не стал мешать наслаждаться едой, зашелестел газетой.
У Элен настроение взлетело до небес. Она взглянула на Армисию. Та спокойно, как кукла, смотрела ей в лицо, сразу сделала вид, что её тут нет.
" Вот бы тебя и вправду тут не было" – подумала Элен, вставая на приглашение Сеула покинуть завтрак.
– Элен, задержитесь, – Алонсо поднялся к ней навстречу.
Элен не чуя под собой ног подошла к любимому мужчине. Сердечко её стучало, будто встало на цыпочи, боясь заглушить малейший вздох влюблённой девушки.
Алонсо приобнял её за талию, подвёл к этажерке. Там, на золотом подносе лежала россыпь драгоценных жемчужин.
Матовые, бело-серые, чуть тронутые молоком…Тусклый отсвет выдавливал глубинное сияние из каждого камня, казалась, на золоте подноса тлеет белый костёр из прогорающих снежинок.
Алонсо надел бусы на Элен. Нежно сдувая прядки кудрей с её шеи, аккуратно щёлкнул застёжкой.
Прикоснулся поцелуем к шее, вдохнул аромат её волос. Она повернулась к нему, он поймал её губы своими. Жадно, на одном вдохе забрал себе всю прелесть стоящей перед ним женщины.
Держал руками её личико, отстранился. Горячий шёпот коснулся её ушка:
– У нас сегодня гости. Не опаздывай.
Элен еле стояла на ногах. Что говорить. Она была счастлива.
Он проводил её к выходу, передавая Сеулу, добавил:
– Платье доставят к обеду. Сегодня вы будете блистать.
Она хотела обернуться, вдыхать его запах. Слушать, слышать его. Но…
Она шла за Сеулом, ей хотелось рассказать грозному амбалу, что счастлива. Ну, ни к чему это.
Как жаль, что Марева умчалась куда-то на пару дней. Как её сейчас не хватает.
Войдя в свои покои Элен была встречена радостным визгом Тильды. Служанка во все глаза смотрела на свою госпожу. Вернее на её жемчуга, хлопала в ладоши.
Вдруг прижала палец к щеке, задумчиво скруглила брови и выскочила из комнаты.
"Вот ведь торпеда скоростная", Элен некогда было задумываться о служанке.
Однако через некоторое время Элен стояла открыв рот, наблюдала картину.
В комнату хозяйским маршем вошла Тильда, за ней шёл Сеул, таща в руке тяжёлый кованый сундучок.
– Вот сюда поставь. Да, сюда. – скомандовала Тильда, указывая на каминную полку.
Сеул взгромоздил инкрустированную серебром вещь, ушёл. Его короткий плащ чёрными крыльями взвился вслед хозяину.
– Тильда, что это было? – Элен ушам своим не верила:
– Ты что, с Сеулом разговариваешь?
– Ну да. Госпожа Марева где-то ездит, ключи у него. А куда я должна подарок великого лорда Алонсо должна положить. Итак ваши бриллианты лежат без догляду на полке. А тут и ключик есть, вот он! – Тильда победно покрутила ключиком.
Элен обомлела. Она боялась поднять глаза на Сеула, а эта девчонка от него что-то требует.
– И ты не боишься его?
– А чего мне его бояться? Что не так сделает, так я вам пожалуюсь, да, пожалуюсь. Будет знать.
Тильда с усердием принялась за Элен.
