Джессика слушала в пол-уха. Она спрашивала себя, какая муха укусила Кристофа, чтобы он вел себя с ней подобным образом. За шесть лет у него ни разу не было такого неоднозначного, неуместного поведения; пару взглядов, нежная или насмешливая улыбка – да, но ничего больше. И вот ни с того, ни с сего он при любой возможности обнимает, пытаясь заставить ее отреагировать, пытаясь поселить в ней сомнения. Неужели этот переезд к Филипу так его задел? Уверенность, что она ускользнет от него навсегда? В любом случае, какими бы не были его мотивы, проницательный взгляд, который был направлен на нее все время обеда, заставлял девушку чувствовать себя не в своей тарелке. Джессика пыталась сконцентрироваться на разговоре с Марком Маршаном, но каждый раз, как их с Кристофом взгляды пересекались, девушке приходилось прикладывать неимоверные усилия, чтобы не потерять нить разговора.
— Джессика, вы на самом деле лучшая, — сделал ей комплимент Марк Маршан, пока им несли кофе. — У вас есть ответы на все мои вопросы, а я это очень, очень ценю. Хотел бы, чтобы вы курировали мой проект. Вы и никто другой. Никаких других посредников и сотрудников, только вы двое. Вы согласны?
— Ты уверен? Это не дешевое удовольствие, — пошутил Кристоф.
— Я принимаю твою цену. Пока мои условия соблюдаются, а сроки не нарушаются, спорить не буду.
Джессика воспользовалась тем, что мужчины принялись обсуждать «маззерати», которую только что купил Марк, чтобы отойти и быстро позвонить в офис; она просто проверила почту и ответила Меди.
Когда девушка вернулась к столику, мужчинам уже принесли дижестиф (*алкоголь, который пью после приема пищи).
— Извините, но долг зовет. Я возьму такси, чтобы вернуться в офис. Марк, будем держать друг друга в курсе дел.
— Джессика, был бы я на пару лет по моложе, я бы обязательно за вами приударил.
Джессика рассмеялась и, попрощавшись в последний раз, направилась к выходу.
— Марк, она под охраной, — успела услышать девушка фразу, произнесенную безапелляционным тоном.
Она не обернулась, чтобы в очередной раз не попасть в ловушку.
Вернувшись в офис, Джессика удивилась, увидев женщину, которая потягивала кофе в ожидании девушки.
— Добрый день, я - Джессика Лафоре. У нас с вами назначена встреча?
Женщина резко встала. Когда она увидела, что Джессика садится в кожаное кресло напротив, то в непонимании посмотрела на девушку.
— Меня зовут Алис Гужон. Я думала, что это кабинет моей дочери…
Одного взгляда на посетительницу хватило Джессике, чтобы оценить ситуацию. Она увидела, как Муня что-то шепчет на ухо Себастьяну.
— Произошла какая-то ошибка, мадам Гужон, это мой кабинет. Кабинет вашей дочери в конце коридора около туалета и ксероксной. Пойдемте, я вас провожу.
Джессика быстро встала и стала ждать, когда женщина последует ее примеру.
— Вы в этом уверены? Моя дочь привела меня сюда и сказала, что это ее рабочее место.
— Возможно, она просто хотела произвести на вас впечатление, все в порядке. Она молодая и недавно была нанята, чтобы накладывать арест на имущество…
— Арест на имущество?
— Да. Она здесь для регистрации расходов, выписок счетов… Печатать цифры в таблицах.
— Я думала, что она советник для руководителей предприятий, что она помогает решить им, что делать с их инвестициями?
Джессика едва сдержалась, чтобы не расхохотаться. Вместо этого, она с видом ангела улыбнулась Алис и вежливо пояснила:
— Это не входит в обязанности вашей дочери. Возможно, когда-нибудь, но не сейчас, пока она в самом низу карьерной лестницы. Дайте ей немного времени.
— Определенно, вы правы…. — смущенно ответила Алис. Как только она заметила, что ее дочь вышла из туалета, она воскликнула: — А вот и Селин. Селин, дорогая, кажется, кабинет, который ты мне показала, не твой, и что твоя работа – это печатать цифры в графах таблицы? Я ничего не понимаю, ты мне говорила совсем другое.
Мертвенно-бледная Селин заметила, как Муня жестами извинялась за спиной Джессики и Алис.
— Я хотела показать твоей матери, где ты работаешь, — стала объяснять Джессика, едва скрывая свое удовлетворение. — Не знала, что у тебя такие амбиции, Селин, это хорошо, очень хорошо для твоей будущей карьеры, — добавила девушка, оборачиваясь к матери с улыбкой.
— Не беспокойся, я сама могу заняться своей матерью.
Полный ненависти взгляд, который Селин бросила на Джессику, нисколько не смутил последнюю.
— До свидания, мадам. Не забудьте ваш кофе.
— Спасибо, — пробормотала Алис Гужон, смотря на дочь с непониманием. — У вас замечательный кабинет, понимаю, почему он так нравится дочери.
Как только две женщины исчезли из поля зрения Джессики, она наконец позволила себе улыбнуться от удовольствия.
— Бедная девочка, — обратилась она к Соне, которая присутствовала на какой-то части этой сцены. — Попытаться солгать матери ради такой ерунды.
— Могла бы и подыграть ей, — услышала Джессика упрек Себастьяна. — Ты не знаешь, почему она так поступила.
— Не знаю, и мне наплевать.
— Ты действительно сучка.
— Именно, — ответила Джессика и повернулась к Соне: — Нужно провести собрание. Позовешь Медхи?
— Ага.
