Возле входа в основное здание, стояли ещё две смуглые девушки. Или всё-таки ещё девочки?
— Салвете ин палатиум нимфарум! — синхронно добавили они, поклонившись.
Странное у Энтони сложилось впечатление про это место. А именно, что здесь попросту выкачивают деньги, создав необходимую картинку богатого дома. Мелочи. Явно недавно заделанные выщербины в ступеньках. То же самое с некоторыми колоннами. Красные с золотыми завитушками ковры на стенах (именно ковры, а не гобелены или типа того), тёмно-красные однотонные ковры на полу. А под этими коврами угадывались иногда ямки в полу. И зачем декорациями закрывать двери? Да, служебные, но это же, банально, неудобно будет дверями-то пользоваться.
Скорее всего, те, кто тут командовал, просто сделали косметический ремонт, по всей видимости, пришедшего в упадок здания. А внимание гостей отвлекают экзотичные мисрийки и вся эта показная роскошь.
«Что же, каждый зарабатывает, как может»
Энтони мог бы ещё посоветовать музыки добавить. Но и так было нормально. Например, вино тут неплохое. И выбор широкий. Также удалось попробовать мисрийский напиток, под названием «Шервизи». Очень похоже на пиво. И при этом слегка бодрит, вместе с едва заметным опьянением. Едва заметным, но оно есть. Похоже, сей напиток коварен. Пьётся очень легко. Вкус горько-сладкий, с лимонными нотками.
— Доминус.
А ещё оставшихся в одиночестве гостей тут же подхватывают на обслуживание смуглые девы. Энтони улыбнулся. И показал длинный стакан с шервизи, оповещая, что он совсем не скучает.
Где штатные спутницы? А вон они. Их перехватили трое парней, с той стороны атриума. Судя по поведению, люди воспитанные. Без шуток и иронии. То есть, вмешательство не требуется. А вот отдохнуть от общества душного мага девушкам надо.
Да и вообще, если ты предъявляешь, что намерения несерьёзные, то должен принимать и последствия. А именно, с ревностью поаккуратнее. Иначе ты заявляешь
«Конечно, заманчиво завести сразу жену и аж двух любовниц… Которые ещё и не против друг друга. Но, чёрт возьми, рановато на себя узы накидывать».
Между тем, здесь что-то готовилось. Недавно зажгли светильники в галереях, так как смеркалось. Людей в галереях атриума становилось всё больше, народ явно стягивался что-то посмотреть. Во дворе атриума (который под открытым небом, кстати) слуги раскатали по утоптанной земле ковёр. А в кольца на колоннах вставили факелы. Именно факелы, а не светильники.
Кстати. Хоть светильники и зажгли, но интимный полумрак оставили. И лица были плохо различимы. Конечно, если всмотреться, то разглядишь, но мельком не высмотришь. К тому же, Энтони и не знал тут никого. К счастью.
— Сперо хок нон ессе рем вульгарем, — рядом остановилась парочка.
Говорила девушка.
«Ух ты».
А парень, прям вылитый Антонио Бандерас. В юности. Знойный красавчик. Роста чуть выше среднего, а на тоге поблёскивает серебром значок мага. Аж зависть слегка шевельнулась, потому что дама рядом с ним тоже на редкость красивая. Тонкие черты лица, чувственные губки. Золотистые волосы и глаза цвета сапфир. Судя по яркости, тоже магичка.
(У магов нередко наблюдается эффект, что глаза будто изнутри подсвечиваются, настолько ярким бывает цвет радужки)
Роста девушка довольно высокого. Чуть выше рядом стоящего спутника. Но не выше Энтони.
— Нум те ад аликуид тале инвитарем? — произнёс парень.
— Видеамус, — ответила девушка.
«А если наши уйдут с теми парнями?» — заговорил Младший.
Очевидно имея в виду троицу подруг.
«У нас стоит задача морального воспитания?» — спокойно отозвался Энтони.
Он отпил шервизи.
«Но…»
«Проследим, чтобы опасности не было. На этом всё»
«В смысле, в сторону?»
«А какие ещё есть варианты? Куколдизм мне не импонирует. Совершенно».
«Эх» — в тоне младшего проступили нотки сожаления.
«Свобода, дорогой товарищ, проявляется в обе стороны. Как и обязательства. И нам вскоре всё равно бы пришлось это заканчивать. Я увидел сразу две формулы, которых не знаю. Времени на всякие отвлечения нет».
«А что происходит?»
По галерее пробежали слуги. Встали около светильников. И синхронно выключили их. А вот те, кто оказался около факелов во дворе пока ничего не делали.
В темноте мелькнули фигуры. Они выбежали на атриум, под тёмно-синее и уже звёздное небо. И замерли в густых тенях под крышей галерей. Пару мгновений ничего не происходило. А потом заиграл какой-то духовой инструмент. Голосом похожий на флейту. Завибрировал нежным высоким тоном.
