— Придумает что-нибудь. Такие, как он, не: пропадают.
— Ты им как будто гордишься.
— А за что ненавидеть? Плохого не делал, да и брат все-таки.
Добравшись до дома и употребив в качестве успокаивающего средства коньяк с лимоном, Брошкин сел за телефон. Сделав два звонка, он выяснил подробности увольнения Казначея. Спрашивал о другом, но рассказали самую свежую новость. Естественно, сплетен было больше, чем правды, но факт оставался фактом: Казначеев больше не мент. Это меняло дело. Поначалу Сева решил, что ловушка была спланирована коварным сержантом, но теперь понял, что тот просто испугался, оставшись без документов, и подставил его. По самым скромным подсчетам, Сева «попал» почти на тонну баксов — с учетом выплаченного ментам, упущенной выгоды и остатков по расчету с поставщиками. Не слишком крупные деньги, но и прощать нельзя. Не в копейке дело — в принципе.
Приняв решение, Брошкин выпил стопку коньяку, потом еще и еще… В результате своему куратору от ОПГ [15] он позвонил лишь на следующий день.
— …Будь дома, ребята скоро подъедут, — устало приказал бородатый «бригадир» и, выключив мобильник, повернулся к барменше Любе: — Видишь, дорогая, каким спросом я пользуюсь? Все со своими проблемами лезут, всем надо помочь.
Никакой личной жизни!
Через несколько минут возле дома Севы Брошкина остановился элегантный темно-вишневый «Вольво-960». Приехали трое: Олегыч, Вован и Максим. Первый, выполнявший функции водителя, был одет в демократичную, но вовсе не дешевую джинсу, его спутники — в костюмы со строгими галстуками. Пиджаки слегка оттопыривали пистолеты ИЖ-71 в наплечных кобурах — так называемые «служебные» варианты «Макарова», предназначенные для оснащения частных охранных структур. Суммарный возраст троицы не превышал семидесяти лет, порочных наклонностей в их внешности не просматривалось. Ни дать ни взять — управленцы нового поколения, с высшим образованием, боксерским прошлым, отсутствием судимостей и четким пониманием того, что в этой жизни сколько стоит.
Олегыч привычно остался скучать в машине, двое прошли в дом.
Брошкин встретил их, волнуясь:
— Доброе утро, господа.
— Для кого как, — Максим оценил помятое лицо страдальца и усмехнулся.
— Рассказывай, что у тебя стряслось, — Вован, бывший в троице лидером, наркоторговцев не любил, хотя и знал, что без них лишился бы значительного куска своих доходов.
История Брошкина сочувствия не вызвала.
— Нашел, с кем вязаться! Сам виноват. Крутись, как хочешь, но чтоб через неделю бабки были. Как и обычно, без всяких скидок. Позже — пойдут проценты.
Отношения Севы с бандитами были весьма своеобразны. Он добросовестно отсчитывал им долю с прибыли, но какой-либо реальной помощи не получал. Разве что однажды, когда попал в ДТП и расцарапал своим «ведром» крутую иномарку: оказавшийся среди пассажиров Вован ограничился оплеухой, в отличие от остальных, с ходу начавших лягаться.
— Вы меня неправильно поняли. — Брошкин взъерошил свои волнистые черные волосы, седину которых регулярно закрашивал. — Я хочу разобраться с Артемом.
— Чужими руками? — В голосе Вована прозвучало осуждение. — Наша разборка дорого стоит, а тут не та сумма, чтоб нам стоило заморачиваться.
— Я заплачу. По реальной таксе.
— Заплатишь? Или заплачешь? — уточнил ироничный Максим, а Вован ничего уточнять не стал, покачал головой и вздохнул:
— Ты таксу-то живую видел? Она ведь низкая, но такая длинная…
— Мне важен результат.
Специалисты по разборкам переглянулись. Если лох сам лезет в петлю, глупо отбирать у него табурет. Составив мысленно смету предстоящей операции, Вован поморщился: прибыль выходила пустяковой. С другой стороны, доллар лишним не бывает…
— Приятно иметь дело с реальным пацаном. — Вован ухмыльнулся, давая понять, что предложение принято. — Что молчишь, Максим Львович? Впишемся?
— Однозначно.
— Слыхал, купец? Гони аванс!
Брошкин подогнал.
Вован встал, расправил широкие плечи:
— Отдыхай. Коньячку дерябни, с девочкой потанцуй — если они тебя еще интересуют. Могу предложить на выбор по сходной цене. Не надо? Смотри, как знаешь. Да, и на пару дней торговлю свою сверни, мало ли что…
Из дома они вышли улыбаясь.
— Покуда есть в России дураки, мигрировать нам вовсе не с руки, — заметил Макс, который имел некоторый поэтический дар и родственников в Париже.
От Брошкина знали, что по адресу прописки Артем не проживает, снимает квартиру недалеко от работы, но где именно — барыга подсказать не мог, поскольку всегда связывался с ментом через пейджер.
— Может, ему «стрелу» забить? — усмехнулся Максим.
— Или сестренку пощекотать? — Олегыч обожал такие темы.
Вован отверг оба варианта, как и прозвучавшее минуту спустя предложение раздобыть адрес через сослуживцев Артема, за деньги или путем прямого «наезда».
— Зачем тратиться? Мы пойдем другим путем…— Вован набрал номер на клавиатуре мобильника, которым была оснащена машина и включил громкую связь.
— Дежурный по батальону Баранов слушает!
— По батальону кого? — притворно изумился Максим; Вован показал ему кулак и представился:
