— У нас не очень большой выбор, но думаю и вас, и ребенка он устроит. Да и вашего мужа тоже.
— Знаете, Марк, мне не просто любезничать с вами, с учетом того, что я не понимаю, чего вы от нас хотите. Кроме того, мой муж не клоун и не экзотический зверек, чтобы оказаться на столе на всеобщем обозрении.
— Ирина, ваш приезд именно сюда не планировался. Вас ждали в нашем офисе, в городе, но из-за случившегося с нашими людьми, а также из-за дорожных пробок, вы оказались здесь.
Он замолчал, думая о чем-то, и Ира не выдержала.
— Вы хотите сказать, что не знаете, зачем нас повязали?
— Не злитесь, зачем? С вами обошлись очень корректно...
— Хорошо, пусть. Давайте, каждый останется при своем мнении, — перебила она, — зачем мы вам?
— К сожалению, я не уполномочен на полноценные переговоры, — развел мужчина руками, — давайте вы все-таки позавтракаете. И не волнуйтесь, ваш муж не будет на всеобщем обозрении, пройдемте.
Они вышли из обеденного зала, и Марк провел их в соседнюю комнату. По всей видимости, это был небольшой рабочий кабинет — пустой стол, несколько стульев, кондиционер, окно.
— Это кабинет моего коллеги, который сейчас в отпуске. Давайте вам принесут сюда еду, и вы позавтракаете своей семьей, без лишних глаз?
— Хорошо, — Ире нечего было возразить, кроме того действительно хотелось есть.
— Надеюсь, ваш сын не страдает аллергиями?
— Я тоже надеюсь, но не надо экзотики, у вас ведь найдутся молочные каши или детские смеси?
— Найдем.
Через пару минут вошел мужчина в белой рубашке и с подносом. Ловко расставил тарелки и так же быстро скрылся за дверью. И только тогда Ира поняла, что тут ей будет сложно спрятать мужа от сына.
Тогда она придвинула кресло, усадила в него малыша, а затем поставила перед ним тарелочку с пюре. Попутно отметила, что их гостеприимные хозяева весьма учтивы, на подносе был даже кукольный набор — тарелка, чашечка, побольше, чем их домашняя, но вполне по руке ее мужа, а еще игрушечная вилка.
Убедившись, что малыш заинтересовался едой, Ира отнесла шкатулку в дальний угол стола, и наконец-то открыла крышку.
— Уф, — прошептал он, — я сейчас выберусь, а ты отвернись на минутку.
— Ты как?
— Хорошо, только в туалет хочется.
— А.., ясно. Может тебя спустить на пол?
— Зачем? Лучше ж нету красоты, чем пописать с высоты, — не удержался от шутки Миша, — только не смотри, хорошо?
— Ладно. Я тебе поесть тогда принесу.
— Договорились, — и, выбравшись наружу, он подошел к краю столы.
Между ним и сыном стояла шкатулка, и он не боялся, что малыш увидит мышку снова.
— Картошка с мясом, и помидорчики с огурчиками.
— Свежие?
— Да.
— Неплохо они тут жируют зимой.
— И апельсиновый сок есть, я тебе всего понемногу принесу. Сиди за шкатулкой, а то Валику тут смотреть особо не на что, и он тебя точно заметит.
— Что думаешь об их предложении? — слегка утолив голод, спросил Миша.
Спросил, специально на этанийском языке, и супруга поддержала его.
— Не знаю Мишка. Мне не понравилось начало, когда они усыпили Валика, а первое впечатление сложно исправить. Но стелят они мягко, и это факт.
— Согласен, мне они тоже сразу не понравились.
— А что ты с ними сделал?
— Когда они вломились, я только оделся и держал нож. Порезал себе вену, смочил лезвие в крови и ударил здоровяка. Он хватал меня осторожно и медленно, поэтому все получилось.
— А со второй?
— Ну, в шкатулке просто кипел от ярости, и очень хотел кого-то убить. Я уже совсем хорошо вижу в темноте, потому просто не дал ране зажить. Раздирал ее пальцам, и когда она решила проверить, чем я занимаюсь, намазал своей кровью кожу ее пальца. Оказалось этого достаточно.
— Было очень больно? — с сочувствием спросила Ира.
— Скажем так, лишний раз повторять не хочется, но терпимо.
— Так какой вывод?
— Послушаем их предложение.
***
Все время, которое семья Стариковых завтракала, за ними наблюдали. В кабинете было предусмотрительно установлено несколько камер и микрофон. Сейчас, слушая незнакомую речь, Марк мысленно уже потирал руки. И тут и в машине, пленные говорили на чужом языке. Но это им не поможет, запись будет тщательно проанализирована, найдено соответствие с любым когда-либо существовавшим языком, и они поймут, о чем они решили посекретничать. Если же вдруг Стариковы придумали какой-то свой шифр, во что Марк ни секунды не верил, то будет еще проще. Дешифровщики взломают его за минуты.
Но сейчас, его задача успокоить их и поместить под замок. Пусть поговорят друг с другом, расслабятся, и тогда, к приезду начальства, будут посговорчивее. В принципе, сейчас тут были не желательны такие гости, ведь его лаборатория занималась своими исследованиями и подчинялась напрямую Берлину. Клаус был в курсе их экспериментов, но корректно держал дистанцию, не пытаясь здесь порулить. Однако, он и самого Марка не посвящал в деятельность другого филиала, что впрочем его полностью устраивало.
