— Если у папаши плохо со слухом, повторяю. У нас нет семьи. И никогда не было. Виноват в этом только ты. Был бы нормальным мужиком, была бы у нас нормальная семья. А так… Алименты!
— Хорошо. Сколько?
— Ну вот, слышу голос не мальчика, но мужа. Давай считать. Ставка — минимальная. Я-то, вообще, человек очень добрый, щедрый. Итак, сто баксов в месяц. В году 12 месяцев, правильно?
— Правильно.
— Итого 1200 долларов в год. Теперь… до какого возраста берем алименты? Черт, законы плохо знаю. Может, Форсу перезвонить? Нет, Форса вмешивать пока не будем. Сами обойдемся. Алименты, кажется, до 18 лет берутся. В голове умножать умеешь?
— Нет.
— Понятно. Голова — не самое сильное твое место. Другим местом ты лучше работаешь…
Игорь сжал кулаки, почувствовал, как бешенство накатывает на него, угрожая накрыть с головой. Как бы он хотел сейчас придушить этот свой наглый, непомерно разросшийся сперматозоид!
Антон же тем временем взял бумажку, карандаш и начал подсчеты:
— Так. 1200 умножаем на 18. Нули сносим. Один на ум пошло. Вот — готово. Я же профи высокого класса, экономист. Итого получилось 21600. В долларах. Вот твой должок. Все понял? Все. До встречи.
В кафе Максим и Кармелита пришли практически одновременно.
Марго с изумлением посмотрела на них. Но заказ приняла и принесла все очень быстро.
— Привет, — сказала Кармелита.
— Привет.
— Ты удивлен моему звонку? — Нет.
— Я хочу задать тебе один очень важный вопрос. Можно?
— Можно. Только зачем? Мне кажется, что мы с тобой уже все обсудили.
— Ты не уезжаешь из города, как говорил. Почему?
— Я много чего говорил. Да и ты тоже…
— И все-таки.
— Меня тут дела держат.
— А может, тебя здесь держат не только дела?
— Ты о чем? — впервые за разговор удивился Максим.
— Может, тебя здесь держит Светка?
— При чем здесь Света?
Он сказал не “Светка”, а “Света”. Кармелита сразу же отметила это про себя.
— Я знаю, что вы провели вместе ночь. Целую ночь.
— Ты пришла закатить скандал?
— Нет, я просто хотела узнать…
— Что?
— Все. Узнать и пожелать вам счастья, если у вас все так хорошо.
— Мы со Светкой просто гуляли.
— И как? Тебе понравилось с ней гулять?
— Извини, но это уже похоже на разговор с Антоном. Он меня тоже недавно так пытал.
— Ты все время уходишь от вопросов.
— Да, понравилось. Света — хороший человек. Тем более, тогда ей нужна была чья-то помощь.
— То есть ты хочешь сказать, что если мне понадобится помощь, ты тоже придешь?
— Конечно! Я всегда готов помочь. И тебе, и Миро. Потому что желаю вам счастья.
— Понятно, ты у нас МЧС, служба “911”. Спасибо за пожелания. И тебе тоже я желаю счастья.
Кармелита ушла.
“Зачем нужна была эта встреча?” — подумал Максим.
Удивительно, только боль осталась. И никакого тепла, никакой искорки не промелькнуло.
Только боль.
В зал вошла Маргоша.
— Еще что-нибудь будете заказывать? — Угу.
— Я вас слушаю.
— У вас водка есть? — спросил Максим, думая про себя: “И этот человек упрекал Антона за пьянство!”
— Конечно. Сколько?
— Ну, я не знаю… Ну, каких-нибудь… граммов триста, хватит?
Марго оценивающе посмотрела на Максима.
— Вам?
— Мне, — покорно ответил он.
— Вам хватит. Если без закуски.
— Ну несите.
— С закуской?
— Без.
Эта встреча была очень важна для Кармелиты. Очень. Она почувствовала, что с ее глаз как будто бы сняли какую-то пелену.
Нет, нельзя сказать, что ее совсем не тянуло к Максиму. Нельзя.
И все же. Она не почувствовала той бешеной, прежней одуряющей страсти. Она смотрела на Макса, как на любого другого человека. Практически спокойно. Про себя отмечала: вот он нервничает, вот успокоился. Вот загрустил.
И сама удивлялась своему хладнокровию.
Неужели она окончательно смогла взять себя в руки?
Боже, какое счастье, если это наваждение уйдет, отступит…
И Кармелита поехала к Миро, чтобы (как она себя убеждала) поговорить о деле. Встретившись, обняла, еще не как жена, но уже и не как сестра.
— Миро! Вот вы сейчас начали наконец-то давать представления…
— Да.
— И как отзывы?
— Отличные! На “бис” вызывают.
— Может, издеваются?
— Нет, что ты! Правда. Говорят, даже из соседних областей начинают билеты заказывать.
— Миро, а то, что вы показываете, как можно назвать?
— Ну, представление. Концерт, наверно…
— Знаешь, это все очень здорово. Только я… Понимаешь, я хочу поставить спектакль, как в настоящем театре. Как в “Ромэн”!
— Сама?
— Да. Ну, то есть нет, конечно. С вами.
— Молодец, — Миро с восторгом посмотрел на нее: ну у кого еще есть такая невеста? — А справишься?
— Постараюсь. Должна справиться. Обязана. Кстати, вот. Света уже и декорации нарисовала. Посмотри. Отец твой одобрил.
Миро смотрел на рисунки, хвалил, цокая языком, но про себя немного на отца обиделся. Что ж он не сказал? Хотя, с другой стороны, Бейбут, наверно, подумал, что она сама ему уже все показала.
— А про что эта история, которую ты собираешься ставить?
— Это старинная цыганская легенда. “Озеро печали”. Помнишь?
— Конечно, помню, — Миро перестал улыбаться. — Но ведь она очень грустная.
