— Я вспомнила, где видела этого типа, — вдруг сказала Ирина, — Он был у нас в таверне. В тот день, когда нас с тобой так гостеприимно принимали в жандармерии, — она кивком указала Милену на рыжего и заметила брошенный им быстрый взгляд в их сторону. Предположение, что это простой мужской интерес, девушка отмела сразу. Определить, что за чувство скрывает холод этих серых глаз, она не смогла, но оно было неприятным и вызывало смутную тревогу.
Перед уходом из чайной, Ирина заглянула в уборную, под предлогом «попудрить носик», а на самом деле полюбопытствовать, как тут все устроено для богатых посетительниц. Почему-то была уверена, что не обнаружит здесь обыкновенную дырку в полу и не разочаровалась. Распахнув дверь кабинки, девушка узрела родные формы стульчака, но в чугунном исполнении. Если закрыть глаза, можно было поверить, что она сидит в туалете своей двухкомнатной квартиры. Дверь в уборную открылась, и Ирина услышала два знакомых голоса:
— Спасибо, у дочери все отлично. На днях я получила от нее письмо, — сказала та, что немного картавила. — Рождения ребенка ожидают буквально со дня на день.
— Жаль, что Аделине пришлось уехать, — с искренним сочувствием откликнулась вторая дама. — Сколько ты ее уже не видела?
— Со дня смерти княжны, — обе дамы горестно вздохнули.
Мысли Ирины сразу же метнулись к Аде. Ей до родов тоже оставалось совсем немного, и девушка беспокоилась о ней, оставшейся без поддержки мужа и подруги. Дождавшись, когда дамы закончат свои дела, она поспешила к ждавшим ее Милену и Эль, с единственным желанием поскорее отправиться домой.
К постоялому двору, в котором останавливались по дороге в столицу, Ирина подъезжала со смешанными чувствами смущения и легкой грусти, и вопреки тому, что она совсем не знала, что собой представляет ее случайный любовник, с затаенной безумной надеждой на новую встречу.
Размытый образ незнакомца, созданный воображением, начал приобретать со временем подозрительно знакомые черты, в глазах угадывалась яркая зелень в обрамлении пушистых ресниц, приподнятые в удивлении темные брови, в довесок в памяти услужливо оживал глубокий волнующий баритон.
За то короткое время, что прошло с момента их встречи, эти двое мужчин так и остались для нее незнакомцами, но оба успели затронуть ее сердце.
Горничная была искренне рада видеть их снова. Она вела их знакомым коридором и когда они остановились у двери их прежней комнаты, Ирина осмелилась задать вопрос о постояльце, который останавливался в их прошлый приезд в комнате напротив. Ей казалось, что девушка догадывается, откуда такой интерес, но любопытство оказалось сильнее смущения.
— А-а, два господина, один приехал еще до ужина, второй поздно ночью, — девушка была не прочь поболтать. — Ночевали в разных комнатах, потом уехали вместе. Один такой чернявый, смуглый, веселый. Второй — шатен, серьезный очень. Это я разглядела, когда догоняла их. Я ж когда в комнате начала прибирать, постель перестилала, нашла в ней браслет, цепочка порвана, поэтому и слетел с руки. Ну и бросилась вниз, может, они еще не уехали. Ну, они завтракали еще. Я браслет то отдала, так он такой изумленный был, а потом оконфузился. А другой, как давай хохотать да подтрунивать над ним. А потом тот, что смеялся, дал мне два рублика, вот, — на одном дыхании выложила болтушка и, набрав очередную порцию воздуха, продолжила. — Так я сразу пошла к нашей белошвейке Клавдии, да заказала себе новое платье к осенней ярмарке.
Ирина была рада, что горничная, все еще полная радости от нечаянного дохода, не заметила ее покрасневших от смущения щек:
— Ты случайно не знаешь имен этих абыев?
— Не-е, спросите хозяина, — девушка вручила Ирине ключ от комнаты и оставила их.
Так кто же из них? Тот, кто приехал поздно ночью или все-таки Родион Исупов? — Ирина прислушалась к себе. Ни мысли о красавце брюнете ни его образ не заставили ее сердце биться сильнее, но стоило ей вспомнить о ночи, проведенной в соседней комнате, и ее бросило в жар. До того, как горничная принесла браслет, он не понял, что это был не просто сон, поэтому и выглядел удивленным и обескураженным. А смутился, потому что его спутник стал над ним подтрунивать. А ведь он не плох, мой незнакомец, судя по его реакции. Не стал перед другом похваляться.
После дня, проведенного в дороге, хотелось размять затекшие мышцы и, поужинав, Ирина и Эль отправились погулять. Постоялый двор находился на городской окраине. Десять минут неспешным шагом, и они вышли на лесную опушку.