Приобщение к прекрасному Ирина решила отложить в пользу насущного, и следующим утром вновь отправилась в канцелярию за разрешением на право опеки. В приемной Авессалома-абыя ждала достаточно долго, успела придумать несколько причин его задержки, две из которых были смертельными. Досконально изучив детали скудной обстановки приемной, девушка стояла у окна и наблюдала, как мимо проезжают повозки, мальчишка предлагает газеты, голосисто выкрикивая новости. Одна из них привлекла ее внимание: митинги в Туровской губернии привели к погрому и пожару магазина. Пропустила мимо ушей приезд каких-то послов. На фоне беспорядков он казался ей незначительным событием. Хотя краем сознания все же отметила, что в ее мире за встречей местных либералов с иностранными делегациями всегда следовала волна недовольств. Мысли вертелись вокруг Турова, справляется ли Ада, вернулся ли Дамдин? Тем временем у крыльца канцелярии спешился всадник. Все внимание Ирины сосредоточилось на нем. Вот он неспешно подводит коня к коновязи, привязывает его, ласково поглаживает морду животного. Момент, когда рядом с ним остановился открытый экипаж, запряженный каурой лошадкой, она упустила. Невероятно красивая девушка, совсем молоденькая нетерпеливо приподнялась над сиденьем и окликнула всадника. Ирина видела, как мужчина слегка склонил голову в поклоне и подошел к экипажу. Беззвучная пантомима за окном была более интересной, нежели скучный интерьер приемной, и Ирина с удовольствием наблюдала, как девушка кокетливо отводит в сторону свои красивые глаза, накручивает локон на пальчик, прикусывая губки.
— Она решительно настроена его соблазнить, — сцена позабавила Ирину. — Переигрывает, — хмыкнула она, и пожелала девушке удачи. Впрочем, только удачи может оказаться недостаточно. Судя по напряженной спине кавалера, вежливость он изображает с трудом. Стоит к ней боком, будто готов сделать шаг в сторону, и разговаривает на ходу, постукивая рукоятью хлыста по ноге, едва сдерживая нетерпение, — отметила Ирина, сочувствуя жалким попыткам незнакомой девушки завладеть вниманием мужчины.
— Глупышка, поменяла бы кокетливые улыбки на одну искреннюю, вернее бы достигла своей цели. — Симпатия, которая с первых минут была на стороне девушки, неожиданным образом перешла к мужчине, и Ирина продолжала со странным интересом следить за каждым движением всадника.
Наконец, мужчина, чуть повернувшись, качнул головой в сторону входа в здание, заканчивая разговор и откланиваясь, и Ирина с удивлением узнала в нем незнакомца из музыкальной школы.
— Прошу извинить, что заставил ждать, — от сценки за окном ее отвлек голос помощника Авессалома-абыя. В прошлый раз он не представился, и так и остался для Ирины безымянным. — Мне нужно еще немного времени. Могу я предложить вам чай? — Ирина кивнула, подивившись такому к себе отношению и списав это на действие чудо-письма от знакомых Ады. За окном больше не происходило ничего интересного: мужчина скрылся в здании канцелярии, а девушка, недовольно откинувшись на спинку сиденья и махнув рукой кучеру, отправилась своей дорогой. Ирина попробовала убить время ожидания обычным способом и представить себя, пьющую чай в каком-нибудь госучреждении в ее родном городе, но развлечься подобным образом не удалось: фантазия напрочь отказалась рисовать такую абсурдную картину, в которой служащая паспортного стола подает ей чай.
Наслаждаясь ароматным напитком, мысли Ирины вернулись в более практичное русло. Средства, которые она надеялась потратить на зимнюю одежду и обувь, ушли на поездку. Предстояло придумать, как пополнить бюджет. С момента, как у нее появилась уверенность в их с Эль совместном будущем, ей захотелось, чтобы это будущее было еще и безбедным. Ютится и дальше в одной комнатке вдвоем с ребенком она не может и не хочет. Хотя с расширением ассортимента в таверне и увеличением числа посетителей, выручка Дамдина существенно увеличилась, как и заработок Ирины, но также понятно, что этого недостаточно для полной независимости.
Ее размышления прервал приход чиновника, который еще раз извинившись за задержку, вручил девушке готовое разрешение на опекунство, и новую метрику Эль. Ирина сердечно поблагодарила и, прощаясь с ним, стоя у окна, отметила с непонятным ей самой разочарованием, что всадник тоже закончил дела в канцелярии и уже сидит в седле, готовый тронуть поводья.
Ирина шла знакомыми коридорами и вчитывалась в полученные документы. Днем рождения Эль она решила, не мудрствуя, выбрать день их встречи, так же и с местом рождения — Туров, а вот над отчеством отца пришлось поломать голову. Ни Эль Ивановна, ни Эль Оскаровна не казались ей благозвучными и резали слух. Бывало, мечтая о ребенке, она обращала внимание на имена, которыми хотела бы назвать своего ребенка. Но разве могла она тогда предположить, что выбирать придется не имя, а отчество?