— А если под нами пол упадет? — Спросил я, нерешительно ступая на второй этаж.
— А с чего бы ему падать? — Ирен подпрыгнула несколько раз, демонстрируя мне крепость пола.
— Может, заночуем внизу? — Предложил я.
— Внизу не так интересно, — отказалась Ирен. — Да и если ты так уж боишься, разве не стоит побеспокоиться, что на тебя может упасть потолок? Тогда уж лучше быть сверху.
— Пожалуй, ты права, — нерешительно согласился я.
— Не раскисай, Стрелок, — пихнула она меня в бок локтем. — Лучше помоги тут прибраться, да будем устраиваться и любоваться звездным небом. В лесу-то на него особо не посмотришь.
Мы занялись уборкой. Так как крыша обвалилась, ее обломки занимали большую часть второго этажа. Пришлось хорошо поработать, чтобы успеть сбросить все вниз, до темноты. И сейчас мы сидели на спальных мешках рядом друг с другом, привалившись спиной к стене.
Ночь уже давно вступила в свои права. Небо было ясным и ничто не мешало нам любоваться звездами. Я даже проникся. В родном мире я никогда не видел сразу столько звезд. Так, парочка светила там и сям. Не знаю, толи смог над городом в этом виноват, толи уличное освещение. По-настоящему увидеть звездное небо я смог только сейчас. И это было красиво.
— Ни одного знакомого созвездия, — сказал я, смотря вверх. — Надо же.
— Ну, так это другой мир, — сказала Ирен. — Странно, если бы здесь были те же самые созвездия.
— Я понимаю, — вздохнул я. — Но все равно надеялся увидеть знакомые очертания.
— Вон там тигр, — она указала рукой. — Его глаз указывает на север.
Как бы я не вглядывался, мне не хватило фантазии разглядеть в том месте тигра.
— Не вижу, — честно признался я. — Где тигр?
— Да вот же он, — Ирен снова указала рукой в нужное место. — Вот те четыре звезды, это голова. Там шесть звезд, это шея и тело. А последние две, это хвост. И вот звезда внутри головы, это глаз. Самая яркая звезда на небе, кстати.
— А лапы где? — Спросил я.
— А лап не видно, — ответила Ирен. — Тигр к земле припал, охотится.
— Занятно, — сказал я.
И почему именно тигр? Почему не лев тогда, или другой представитель кошачьих? Я еще раз посмотрел на указанные Ирен звезды. Для меня это были просто два ковшика с ручками.
— А ты бы хотел вернуться обратно? — Спросила Ирен.
— Сложный вопрос, — задумался я. — Если говорить первое, что приходит в голову, то да, хотел бы. Правда, теперь мне не будет там места. Не уверен, что смогу вернуться к прежней жизни.
— Грустно это как-то, — сказала Ирен.
— Нечего тут грустить — сказал я. — Я не прожил здесь еще и года, а уже пережил столько приключений, хотя и не все из них были приятными.
— А встреча со мной была приятным или неприятным приключением? — Поинтересовалась Ирен.
— Конечно, приятным, — ответил я. — Если бы мне было неприятно твое общество, наверное, я бы предпочел сбежать.
— Кстати, я тут кое-что вспомнила — сказала Ирен. — У тебя же недавно был день рожденья, а я тебе так ничего и не подарила.
— Да не нужно мне ничего, — попытался я отказаться.
— Нет, так не пойдет, — возразила Ирен. — Ты мой сопровождающий. Нет, даже не так. Ты один из немногих, кого я могу назвать своим другом. Поэтому я хочу сделать тебе подарок, как другу.
Она встала передо мной и вытянула руку, с чем-то мелким, зажатым в кулаке.
— Это тебе, — сказала она, и голос ее звучал слегка смущенно.
Когда Ирен разжала кулак, я увидел на ее ладони кольцо, поблескивающее серебром в лунном свете.
— Кольцо? — Удивленно сказал я, глядя на ее ладонь.
— Да, это кольцо, — подтвердила Ирен, хотя это и без ее слов было понятно. — И это мой тебе подарок, в знак нашей дружбы. Ты же принимаешь его?
Я взял кольцо и одел его на безымянный палец левой руки. Для остальных пальцев оно оказалось либо слишком маленькое, либо слишком большое. Хмыкнув себе под нос, я подвел руку к лицу, любуясь подарком.
— Чего это ты там хмыкаешь? — Насупилась Ирен.
— Да нет, все в порядке, — поспешил я ее успокоить, — Я рад, правда рад.
— Ну и славно, — сказала Ирен, снова садясь рядом со мной. — И главное, не смей снимать его. Это подарок от чистого сердца, и он всегда должен быть при тебе.
— Обещаю, что никогда не расстанусь с ним, — сказал я.
Вокруг была темнота. Даже не темнота — ничто. Никаких звуков, никаких запахов, никаких ощущений. Как будто мир, который окружал тебя еще совсем недавно, перестал существовать. Амели попыталась крикнуть, но не смогла даже этого. Ей нечем было кричать, в легких просто не было воздуха для этого. Не будь Амели астральным магом, она уже впала бы в панику и начала задыхаться.
Но опыт говорил ей, что в этом месте оказалось только ее сознание, а сознанию не нужно дышать. Так что Амели сумела взять себя в руки и успокоиться. Сознание, лишенное всех чувств, по сути, квинтэссенция мысли. Оно было единственным, что у нее осталось. Поддаться панике означало потерять это более-менее стабильное состояние. А вместе с этим потерять и себя, окончательно раствориться в этой пустоте.
