Греческие генералы сначала даже растерялись. У них фактически не было достойного противника. Они понимали, что он вроде бы должен быть, но его почему-то не было. Оттого если первые их действия были довольно активны, то потом начали несколько замедляться. Греки искали противника и искали подвох. Но ни того, ни другого не находилось. Заняв приграничные города Эласон, Гревена, Козани, Сервис и другие, греческая фессалийская армия неторопливо продвигалась на север и северо-восток. А навстречу ей из Старой Сербии и западной Македонии в Салоники отступали турецкие войска. В итоге в Салониках, понимая бесполезность сопротивления, остатки турецких войск сдались. И на этом крупные боевые действия на материке на западном участке в основном закончились, если не считать освобождения некоторых городов и осаду крепостей Янины и Шкодера. Была еще потом, правда, сербско-турецкая битва при Монастыре, но на итоговый она никак уже не повлияла.
В албанских землях в очередной раз вспыхнуло национально-освободительное восстание. Но сами себя албанцы освободили только в центре страны. Да и то не везде. С юга и севера за них это сделали сербские и греческие войска в надежде на послевоенный раздел данных земель.
Разгром Оттоманской империи был полный. Разгром Оттоманской империи был быстрый. Почти моментальный. Князь Агренев даже вспомнил по этому поводу рекламный слоган «Шок — это по-нашему». Нашего, там, правда, было немного, но было. Подобного разгрома не ждал никто, даже сам Агренев. Может оно в иной истории так и было, но ту историю он просто не знал.
После Люле-Бургаса генерал Радко-Дмитриев не стал гнать свою 3-ю болгарскую армию дальше в немедленное наступление. Армии нужен был некоторый отдых после серьезных боев, многотрудных маршей и полностью разкисших дорог. А ведь войска не только прошли этими дорогами, но и пронесли чуть ли не на руках артиллерию и обозы. К тому же войскам нужно было пополнение, подвоз продуктов и боепитания. Для преследования отступающего врага нужна была конница, но ее у болгар было мало. Как сказал один болгарский кавалерийский офицер: «будь у нас больше конницы, турки до Чаталджи могли и не добежать.»
6 ноября в Люле-Бургас прибыл юный болгарский царь Борис I. Довольный и сверкающий как тульский самовар коронованный юноша поздравил отличившихся офицеров и солдат вручением орденов, медалей и денежных призов. Парад победоносных болгарских войск, который было хотели организовать придворные лизоблюды, не состоялся. Радко-Дмитриев сразу сказал, что ничего не будет, и что Болгария еще не выиграла эту войну. Набравший вес при болгарском дворе русский наставник болгарского наследника, неожиданно для всех ставшего царем, граф Орлов сумел растолковать Борису ситуацию, и царь согласился, что праздновать по-серьезному еще пока рановато.
Теперь в тылу у болгар оставалась крупная и серьезно укрепленная крепость Адрианополь, а впереди ждала чаталджинская позиция и за ней уже Стамбул. По соглашению с сербами началась переброска по железной дороге под Адрианополь двух сербских дивизий и осадного сербского парка. А из Варны поездами начал движение в том же направлении русский осадный парк. Осаждающие крепость болгарские войска не сидели без дела и потихоньку сжимали периметр осады. Штурмовать нахрапом подобную крепость было чревато, но за несколько дней осады ночной атакой болгары ухитрились захватить два окружающих крепость форта — Картал-тепе и Папас-тепе. Теперь обстрел главной крепости проблемой не являлся. Ночью можно было устраивать неожиданные побудки османам в главной крепости даже из 120 мм минометов, если в темноте подобраться поближе. Но посветлу, правда, требовалось отходить назад на основные позиции.
Несмотря на очередной разгром османы и в этот раз решили продолжать войну, а не сдаваться на милость победителю. 25-километровая чаталджинская позиция между Черным и Мраморным морями была подготовлена самой природой и к тому же неплохо укреплена. «Неплохо» — это по меркам этого времени. Над местностью возвышались командные высоты с хорошим обзором и труднодоступные. Подступы шли по горным глухим тропам, дорог мало, движение без дорог по скалам и крутым скатам очень трудно. Имелся хороший обстрел для артиллерии. 27 фортов и редутов рассчитаны каждый на 1–2 роты. На некоторых уже была уставлена артиллерия, у других она была вынесена на отдельные батареи. Имелись даже бетонные форты новой постройки, но основные укрепления были древоземляные. Турецкому флоту было приказано поддержать сухопутную армию на флангах. В общем, нахрапом такую позицию не возьмёшь. Может быть на плечах отступающих войск это еще можно было сделать, но так сделано не было. Поэтому было решено притормозить и не пытаться брать позицию на штык. В этом месте можно было положить половину болгарской армии без всякого результата. А вот поиграть в контрбатарейную стрельбу здесь было в самый раз. Определенные средства для этого были.
