Так продолжалось до 1 декабря, когда ночью русская подводная лодка типа «Мурена» не прошла ночью Босфором и не пустила ко дну стоявший в виду Стамбула османский крейсер «Меджидие». А потом, видимо, на отходе она из кормовых торпедных аппаратов отстрелялась по куче из османских судов, стоящих в торговой гавани. Через день, конечно, поздравляли не русских подводников, а тех, которые «болгарские». Русских подводников у Стамбула быть не могло.
Тут и Стамбулу и Балканскому союзу под давлением европейских держав пришлось смягчить свои позиции относительно перемирия, а Великим державам пришлось гарантировать противникам определенную честность в переговорах. Но осажденные крепости турки все равно не сдали. Россия наотрез отказалась что-либо гарантировать от своего имени, заявив устами Извольского, что ничего не собирается никому обещать, пока Проливы закрыты турками для прохода торговых судов. А вот дальнейшие неприятности Стамбулу, если Проливы не будут открыты, Россия просто гарантирует. Не далее чем через 10 дней гарантирует. Так или иначе 4 декабря перемирие в Балканской войне между Оттоманской Империей, Болгарией и Сербией было заключено. К этому моменту на многих Балканских перевалах уже выпал снег.
Неприятной неожиданностью для болгар, да и для России стали несколько рейсов кораблей под нейтральными флагами из румынской Констанцы в Босфор. Это направление не контролировалась болгарскими кораблями, а топить нейтралов без досмотра перед самым Босфором было явно не комильфо. Остановить и досмотреть их сначала было просто нечем. Ну, не было у болгар на это никаких сил и средств. Небольшие болгарские лоханки вооружить и отправить в море было нельзя. У противника имелся флот намного сильнее и многочисленнее болгарского. Противодействовать туркам и срывать их конвои вдоль турецких берегов Черного моря удавалось именно благодаря скорости эсминцев и миноносцев, и скрытности подводных лодок. Да и вообще об этом направлении просто не подумали. А немцы и австрийцы этим каналом начали поставлять Стамбулу через румынов всякие нужности до тех пор, пока один нейтрал не был потоплен по-тихому русской «Муреной», а второй не был уведен в болгарскую Варну на призовой суд и там конфискован. А узнали о грузах на борту нейтралов лишь после того, как русский крейсер «Грек» остановил и досмотрел английское торговое судно. К сожалению, арестовывать или задерживать нейтралов, перевозивших военную контрабанду, русский флот не мог по причине неучастия России в боевых действиях. После инцидентов с двумя упомянутыми нейтралами больше другие нейтралы старались не брать «попутных грузов в Стамбул», да и вообще не подходить к Босфору, но нет-нет, а в море попадались на других направлениях. Потом иногда на этом направлении стали попадаться турецкие суда совершенно различных размеров и водоизмещения. Полностью перекрыть поток военной контрабанды у болгар просто не было никакой возможности.
К началу декабря в Вене все вопросы власти, видимо, были уже решены, а потому Вена вновь активно включилась в международную жизнь. Нет, она, конечно, и в октябре чего-то делала, но не слишком настойчиво. Видимо, там в это время мунштровали новых лебедя, рака и щуку для использования их в качестве движущих сил двуединой империи в единой упряжке. А сейчас, похоже, Вена наконец определилась, чего ей хочется, начав частичную мобилизацию и сосредоточение войск на границах с Сербией. В связи с этим в Вену даже летал «Рябчик» русской правительственной связи и привозил неподписанную Михаилом II копию приказа на мобилизацию Киевского Военного округа. Плюс русский царь специальным посланием новому монарху двуединой Империи предлагал не дурить и не стращать друг друга мобилизациями. Все это может плохо кончиться. Даже не может, а просто обязано кончиться плохо. Просто плохость вариантов может быть разной. Ну и кому это нужно? Двуединая уже отгрызла у Стамбула Боснию и Герцеговину, а Италия — Триполитанию. И никто в России по этим поводам мобилизаций не устраивал. Ну и так далее. Как ни странно частично это даже помогло. Вена тон сбавила, и больше мобилизовать никого не торопилась. Но и распускать уже мобилизованных по домам не торопилась, хотя и отвела части от своих южных границ.
