Гопники выбежали из бара. Было слышно гудение клаксона, неразборчивый крик, топот. А потом стало тихо, даже
– Михал… Ты ведь застраховал заведение, правда? – спросил он.
– Да. – Михал опустился на стул. Он побледнел, его грудь резко вздымалась и опадала, словно он только что пробежал марафон.
– Вот и отлично. Береги себя, лады?
– Ага. Спасибо.
Мартына встала, подняла сумку с пола.
– Не знаю, был ли это умный поступок, Янек.
– Что-то нужно было сделать.
– Я могла просто показать жетон.
– Могла, – кивнул он. – Но я бы предпочел, чтобы ты его не доставала. Лучше… Лучше, если никто не узнает, что ты была здесь.
Мартына помолчала. Наконец достала из сумки пластиковую коробочку с CD-диском.
– Вот.
– Ключ?
– Все тот же.
– Спасибо, – сказал он, пряча диск во внутренний карман. – Правда.
– Слушай, Янек… Не испорть себе жизнь из-за этого дела, хорошо?
– Постараюсь.
Мартына печально улыбнулась, словно уже знала, какой будет конец у этой истории. Молча оделась и вышла. Янек наблюдал за ней, пока не закрылась дверь, видел, как она сплевывает густую слюну на тротуар, а потом она растворилась за запотевшим окном. “Жаль, – подумал Янек, – жаль, что мне так и не хватило смелости ей признаться”.
– Янек? – раздался голос Михала. Тот все еще нервничал.
– Что?
– А что бы случилось, если бы ты досчитал до пяти?
– Я знал, что не досчитаю, – ответил Янек, надевая куртку.
Окрестности площади Дашинского стремительно менялись. Еще несколько лет назад здесь стояли в основном заброшенные фабрики и ветшающие дома: дыры от немецких пуль под отваливающейся штукатуркой, горшки с засохшими цветами на растрескавшихся подоконниках, деревянные ворота и вонь плесени из темных подворотен. Теперь же везде тянулись вверх стеклянные башни, бетонные зиккураты, элегантные апартмент-хаусы. Корпорации, устав от пробок в центре Мордора, нашли здесь новое пристанище.
Юлита стояла перед входом в офисное здание с фасадом, напоминающим медовые соты. Архитектор наверняка просто добивался природных ассоциаций, хотел соригинальничать и отказаться от простых углов, но заодно получилось социальное высказывание: внутри сутки напролет трудились рабочие пчелки, а плоды их труда пожинал кто-то другой.
Юлита бросила окурок в урну и сразу достала из пачки следующую сигарету. “Ты справишься, – убеждала она саму себя, чтобы подавить нарастающий страх, – справишься. Ты подготовилась, ты уже проделывала такое раньше. А даже если спалишься, что они с тобой сделают? Застрелят, побьют? В худшем случае посидишь в обезьяннике, ничего, не развалишься”. Она взглянула на свое отражение в стеклянной стене. Магдины шмотки прибавляли ей лет, солидности – и уверенности в себе.
Юлита углядела его в толпе. Станислав Добош, помощник юриста. Он выглядел в точности как на аватарке: двухдневная щетина, очки в толстой черной оправе, светлые волосы, старательно зачесанные набок. Шел быстрым шагом, сжимая под мышкой черную папку. Идеальная жертва: Добош устроился в канцелярию всего три месяца назад (
Юлита бросила наполовину выкуренную сигарету и зашла в здание, опередив Добоша на пару шагов. Минималистичный интерьер в серых тонах, пол из натурального камня, точечные светильники. Огромное пустое пространство, заполненное лишь двумя диванами, на которых никто никогда не сидел, растениями в горшках и ресепшен. Рядом с ресепшен стояли турникеты, а за ними лифт. Юлита подошла к турникету и открыла сумочку, убедившись, что из нее торчат бумаги с логотипом фирмы, которые она подготовила и распечатала дома. Как только Станислав Добош оказался рядом, она начала судорожно рыться в сумочке.
– Вот черт… – ворчала она себе под нос.
Он остановился, взглянул в ее сторону. Уже хорошо.
– Да куда она… – сказала она и подняла голову. – О, подожди… Станислав? Новый сотрудник?
– Ну да… – в его голосе звучала неуверенность и легкая подозрительность. Придется действовать быстро, прежде чем он успеет задуматься, что вообще происходит.
– Привет, мы еще не успели познакомиться. Моника Желинская, старший юрист.
– Очень приятно.
– Слушай, я никак не могу найти свою карту. Ты не можешь меня впустить?
– Конечно. – Станислав приложил пропуск к считывателю, огонек из красного стал зеленым, щелкнуло пропускное устройство.
– Спасибо. С меня кофе.
