Мэл схватилась за голову, тупо разглядывая ковер под ногами. Она превратилась в нимфоманку! Нервную, помешанную на сексе развратницу… Когда?!
Попытка вызвать в голове образ прежнего возлюбленного сделала только хуже. Ноль! Не то что возбуждения, даже никакой симпатии! Сейчас повадки Майкла казались слишком… обычными.
Он был просто милым парнем, который часами мог обсуждать со своей невестой обои для спальни или в сотый раз обговаривать планы на долгую-долгую совместную жизнь. Когда-то это казалось Мэл идеальным. Майкл не пил, не сквернословил, не заглядывался на посетительниц… И точно не ставил интересный фильм на паузу, чтобы вдруг завалить свою невесту на лопатки или, перекинув через плечо, отнести в душ. И совсем не для того, чтобы помыться.
Боже, о чем она опять думает…
Мэл встала с постели, и как раз вовремя — в комнате затрезвонил телефон… Сердце провалилось в пятки. Застыв нелепой статуей, девушка гипнотизировала трубку, никак не решаясь подойти ближе. Запищал автоответчик.
— Скоро буду, маленькая, — прохрипел до боли знакомый голос, — открой дверь и приготовь кофе… Пару ведерок.
И отключился. А ее затрясло уже не от страха, а от злости. Пару ведерок, значит?! Будет ему пару ведерок… За шиворот!
О, каких сил стоило дождаться гаденыша-переростка!
Мэл чуть не сгрызла собственные ногти и локти. Старалась оценивать произошедшее спокойно — ведь никаких слов любви не звучало… Под сердце неприятно кольнуло. В который раз. Надо бы умерить аппетиты, но впервые мозги отказывались работать в согласии с эмоциями. И от этого становилось тошно.
В дверь коротко постучали. А как будто раздался атомный взрыв. На негнущихся ногах Мэл прошлась к двери и щелкнула замком.
— Привет, маленькая. Задержался малость.
Матерные слова пропали так же быстро, как появились. Перед ней, тяжело привалившись к косяку, стоял Блэйк. И в таком виде…
— О, боже, — ахнула, разглядывая потрепанного и явно избитого мужчину.
— Я ненадолго. Вот.
Блэйк неловко сунул ей в руки сверток зелени. Мэл бессмысленно уставилась на пачку наличности.
— Тут… должно хватить. Припрячь.
Оттеснив ее в сторону, мужчина буквально ввалился в комнату и, придерживаясь за стенку, направился к ванной.
— Шмотки, — скомандовал коротко.
— А-а-а…
Но ее блеяние оборвалось звуком хлопнувшей двери. Мэл швырнула деньги на столик и с силой потерла переносицу, пытаясь заставить голову работать. Вот же… придурок! Все-таки полез на свой ринг, а она извелась вся, придумывая, где и кем занят мужчина. Зачем ей эти деньги? Сама бы выкрутилась! Но здравый смысл упрямо отметал в сторону браваду, пеняя ей на полную беспомощность. Только Блэйк мог помочь. И сделал это непонятно зачем… Пару минут назад ей хотелось кричать и топать ногами, а сейчас в животе порхали бабочки. Рисковал ради нее! Это так приятно…
В ванной что-то грохнуло, и Мэл сорвалась с места. Растеклась сиропной лужицей, а Блэйку плохо!
Схватив самое большое полотенце, помчалась на помощь. Только бы в обморок не рухнул, она же его не поднимет!
— Блэйк! — засипела от ужаса.
Упав на колени, мужчина весь скорчился. Пальцы стискивали вздрагивающие плечи, на которых кровоточили глубокие царапины. Боже, да кто его так?! Будто сам себя подрал, но не обстриженными же под корень ногтями!
— Блэйк!
Подбежала, с ходу вырубая ледяные струи душа. Накинула на мужчину полотенце и прижалась крепко-крепко, пытаясь согреть и дать почувствовать, что он не один.
— Мэл…
Ее имя было больше похоже на стон или на выстраданное в бреду слово. Мэл чуть не расплакалась от жалости. Все бы отдала, чтобы только помочь, да хоть обратно к тем ублюдкам в руки!
— Блэйк, я…
— Никаких врачей, — шепнул, сразу обрубая невысказанное предложение. — Никаких. Врачей.
Пока она соображала, что ответить, Блэйк попытался подняться. Неуклюже, и как-то рывками, но смог встать и даже выбраться из ванной. Мэл тут же подставила плечо. Коленки затряслись — да сколько же он весит?! Но, шаг за шагом, она тащила мужчину на себе, попутно прикидывая, что в скорую все же позвонить надо. И плевать на заскоки одного ненормального. Ох, только бы в себя пришел…
Но ее планы приказали долго жить, едва Блэйк очутился рядом с кроватью. Вокруг тела щелкнул стальной капкан объятий, мешая добраться до телефона.
— Какого черта?! — возмутилась, пытаясь выскользнуть из цепкой хватки.
— Пожалуйста…
Хриплый и обреченный, его голос приковал к постели крепче наручников. Уткнувшись между ее шеей и плечом, Блэйк глубоко вдохнул. Один раз, второй, третий… Объятья из жестких стали мягкими. Каменные мышцы расслабились, и дыхание выровнялось, словно внутри мужчины ослабла взведенная до скрежета пружина.
