Образ моей истинной стоит перед глазами, словно она сейчас здесь. Её мягкая улыбка и огненно-рыжие локоны — последнее, что я вижу перед тем, как мне в шею входит игла шприца. Мышцы сводит от боли, и я вою так, что стеклянный пол подо мной дрожит.
А потом наступает тёмная пустая тишина…
— Возьми у него кровь на анализ. В эту пробирку и в эту… — скрипит мужской голос.
— Я поняла, — отвечает кто-то приятным женским голосом. — А он не очнётся?
— Ему пора очнуться. Но даже если это случится, тебе не стоит беспокоиться. За дверью охрана, а у него больше нет силы, которую давала вакцина. Первую часть эксперимента пришлось вынужденно завершить. Ему ввели антидот.
— То есть он стал обычным оборотнем?
— Да. Надо подготовить его ко второй фазе испытаний. Для этого ты и возьмёшь кровь на анализ. Как только мы получим результаты, можно будет приступать.
Я не понимаю, о чём говорят эти двоё. И я не вижу их — у меня на лице белая ткань. Накрыли простынёй, как труп какой-то… Но я жив. Хотя почти не чувствую собственного тела — пошевелиться не получается.
Слышу тяжёлые мужские шаги, потом дверь хлопает и наступает тишина. Из этой тишины я выуживаю частое взволнованное дыхание. А ещё запах… Он мне знаком. Аромат явно принадлежит женщине.
Простыня исчезает с моего лица. Картинка перед глазами плывёт, но я могу различить черты лица девушки, которая склонилась надо мной.
— Юва?.. — хриплю.
— Тс-с-с!.. — она делает большие глаза. — Давай потише. Я не хочу, чтобы нас услышали.
— Какого чёрта ты здесь делаешь? И почему я?.. — затыкаюсь.
В это сложно поверить, но я снова могу говорить. Нормально говорить. Не заикаюсь и звуки даются легко. Всё так, как было до вакцины.
— Я здесь работаю. В лаборатории хозяев, — волчица перетягивает моё плечо жгутом. — А ты снова стал собой. Тебе ввели антидот — вакцина больше не действует.
Назвать это хорошей новостью язык не повернётся. По факту я излечился… от бессмертия. Очень, твою мать, не вовремя! Как теперь выбираться отсюда?
— Юва, помоги мне свалить, — напрягаю затёкшую руку и хватаю волчицу за запястье.
— Тише ты!.. — освобождает конечность от моей хватки и озирается по сторонам. — За дверью охрана, нас могут услышать. Я помогу, но тебе надо набраться терпения. Всё не так быстро, как хочется.
— Мне надо быстро, — шепчу. — Венера…
— Она с Каем, — Юва опускает глазки в пол. — Я сама отвезла её к нему.
— Твою мать… — выдыхаю.
— По крайней мере, рыжая с ним в безопасности. Ты мог бы сказать мне спасибо, — фыркает.
Меня выворачивает от того, что моя рыженькая сейчас со слюнявым, но его район — самое безопасное место в Дестрое. Юва всё сделала правильно и заслужила благодарность.
— Спасибо, — цежу сквозь зубы. — Сколько я провалялся в отключке?
— Недолго. Сутки, — волчица затягивает жгут сильнее. — Работай кулаком, — командует.
— Какой у тебя план? — сжимаю и разжимаю пальцы.
— Я возьму у тебя кровь на анализ, и подмешаю кое-что в реагенты, — едва слышно объясняет, — результат хозяев не устроит, и снова придётся брать кровь… — загоняет иглу мне в вену. — Так мы выиграем время. Ты придёшь в норму, а я успею всё подготовить.
— Что подготовить?
— Не будем это обсуждать. Не сейчас, — серьёзно заявляет Юва. — Слишком опасно. Узнаешь всё перед побегом.
— Что ты хочешь за помощь?
Волчица молчит, а я жду, когда она озвучит цену. Наверняка это будет что-то очень весомое. Она сильно рискует, помогая мне.
— Я ничего не хочу за помощь, — отвечает тихо.
Юва заканчивает брать кровь, ставит пробирки в переноску и достаёт из кармана белого халата прозрачную капсулу с белым порошком. Открывает её и подносит к моим губам.
— Что это? — отворачиваюсь.
— Это поможет быстрее набраться сил. У тебя больше нет бессмертия, а побег простым не будет. Возможно, придётся драться.
— Где гарантии, что ты меня не кинешь? — поворачиваю голову к волчице. — Отравишь меня, а слюнявый присвоит Венеру.
— Зачем мне это? — у неё на лице недоумение.
Погорячился — признаю. Юва вряд ли пойдёт на такое. Но я не могу безоговорочно доверять ей. Понимаю, почему волчица оказалась в стане хозяев: выжить в Дестрое без опеки слюнявого она бы не смогла. Но не понимаю, зачем ей помогать мне. Едва ли однажды спасённая мной жизнь Ювы заставит её так рисковать.
— Прости, но я тебе не верю.
— Правда? — девчонка гордо вздёргивает носик. — Скажи ещё, что сам справишься.
Самое паршивое — не справлюсь. И Юва это отлично понимает.
— Ты готова помочь мне бескорыстно… — хмурюсь. — Уже помогаешь. Собираешься подделать результаты анализа, приносишь мне лекарство, — киваю на капсулу с порошком. — В лаборатории такое не хранят. Украла в лечебнице хозяев?
— Взяла, — волчица отводит взгляд.
— Думаешь, я не понимаю, как это всё рискованно? — хмыкаю. — Не говоря уже о самом побеге. Тебя вычислят и спокойная жизнь закончится. А может быть, жизнь на этом для тебя закончится в принципе. Хочешь, чтобы я поверил, что ты всё это по доброте душевной делаешь?
— О, луна!.. Невыносимый волк… — тихо лепечет Юва.
