Маленький красный «жук» все чаще ломался, в голову пришла идея покупки новой машины. Хотя после того, как я попала в аварию, провалившись колесом в яму и врезавшись в машину на соседней полосе, желание водить отпало.
Я помню тот день. Мне дали выходной, когда я позвонила на работу. Я с дрожащими руками приехала к Лионелю и кричала, что больше не сяду за руль. Он обнимал, вытирал слезы и сказал, что будет личным водителем для меня, в любое время дня и ночи. Я согласиласьс заплаканными глазами и крепко обняла его.
Именно поэтому по осени я продала «жука» и сделала взнос для заказа нового Ford. Конечно, Лионель уговорил на модель, которую я не могла себе позволить, но кредиты никто не отменял, хотя мне уже стоило остановиться. Он снова пообещал помогать с выплатами, ведь авто для нас двоих. Ничто не сравнится с запахом новой машины, я уверена вы меня поймете. Запах салона, в котором никто не сидел, приборная панель, ласкающая гладкостью, мягкость руля, который ты первым выкрутишь на полную.
За неделю до того, как я села в новую машину, деньги за которую я бы уже не вернула, Клэр праздновала день рождения, на котором мы были в числе гостей.
В тот вечер я много пила, общалась в основном с незнакомыми друзьями Клэр, а Лионель периодически подходил, целуя в щеку, губы, волосы, показать насколько у нас все хорошо, какая идиллия в отношениях, которые держались на моем кредитном потенциале. Мне нравилось внимание также, как и коктейли, которые мешал Оуэн. И вот когда время на часах перевалило три ночи, а мои ноги вот-вот дали бы сбой, Лионель решил, что мы остаемся у Клэр с Оуэном, и мне пора спать. И я даже согласилась. Вот только минут через пятнадцать я вскочила на ноги и кричала на него, обвиняла в изменах и флирте с подругами Клэр, которые уже разошлись. Честно, я не знаю откуда все это взяла, возможно пьяный мозг вспомнил, что Лионель болтал с ними на кухне и смеялся, когда курил без меня или мне просто это приснилось, а может все и сразу. Он пытался успокоить меня, держал за руки, которые я хаотично разбрасывала, закрывал и сжимал ладонью рот. Я кричала, что он сидит на моей шее, что не умеет зарабатывать, что подарок Клэр куплен только на
– Заткнись, дура. Заткнись, поняла. Не смей говорить такое.
Телефонво время крика полетел в стену. Когда глаза Лионеля налились кровью в комнату ворвался Оуэн.
– Ребят, вы что так орете? Давайте до утра оставим все это. Лионель! Утихомирь ее.
– Я пытаюсь.
– Дайте мне просто уйти, я хочу уйти отсюда! Сейчас же!
Каждый нерв тела будто резко дал команду расслабиться, руки опустились, Лионель ослабил хватку, а я, улучив секунду, вырвалась из цепких пальцев. Я схватила сумку и выскочила из комнаты, увидев надежду на выход, хотя бы из квартиры. Как вдруг позади я услышала шаги, меня мотнуло в стену от внешней силы и вот я уже сидела на полу, вокруг кто-токричал, а передо мной лицо Лионеля.
– С ней все в порядке? Что тут вообще происходит?! – Клэр кричала. День рожденье явно испорчен, но было, о чем поболтать с подружками.
– Не трогай меня, придурок! – я хотела встать, но почему-то не могла.
– Ева, ты успокоилась? – Лионель поднял меня за плечи, прижимая к стене.
Я посмотрела на невозмутимые глаза и впервые не знала,чего ждать.
– Отпусти меня, – произнесла я медленно и зло, он убрал руки, а я рванула или мне так показалось, в ванну и закрылась там.
В зеркале я увидела сумасшедшие глаза, размазанную тушь и пряди волос, выбившиеся из растрепанной прически. Я умылась, привела глаза в порядок, а за дверью меня умоляли выйти.
– Вдруг она что-то сделает с собой, – я услышала Клэр. Она говорила вполне серьезно, как мне показалось. Я усмехнулась. Неужели она сама в это верила.
– Отлично посидели, но мне пора идти, – я ошарашила всех, открыв дверь с не порезанными венами.
– Ева, такого я от тебя не ожидала, – Клэр не унималась.
– А я тоже, если честно, – ответила я уже в дверях.
Я вышла во двор в четыре утра, когда солнце еще спало, когда на улице еще горели фонари, когда все могли увидеть разорванное платье под расстегнутой курткой, но не увидели черные пятна под глазами и стыд. Я закурила, а позади меня окликнул Лионель. В первую секунду я хотела бежать, но сил и желания двигаться не было.
– Стой! Ева, стой!
– А что разве не догонишь, – сказала я не громко и не тихо, при желании можно было услышать.
– Что? Хотя не важно, – он уже догнал меня и шел рядом, глубоко дыша. – Ты что там устроила?
– Может напомнить, что это ты впечатал меня в стену, порвал платье, которое не покупал, и да, оставил без телефона. Так что пошел ты в жопу!– я выдохнула дым в его сторону и отвернулась.
– Ты совсем с ума сошла. Я защищался от тебя, а стена – это случайность.
– Отличное оправдание, Лионель. Мне, кажется, говорить больше не о чем.
– Что значит не о чем? Нет, нет, дорогая, ты перегибаешь! Ты пьяная «в стельку» и несешь чушь. Пошли ко мне, отец уехал, мама приведет в порядок твое платье, а мы все обсудим за кофе.
