В начале зимы у нас не было теплой одежды, потому что старшие забыли об этом позаботиться, и почти все мы заболели. Как-то во время занятия один из учеников – Юлис, кажется – смачно чихнул и забрызгал соплями и слюнями Ярсуба. Было очень смешно, но никто не засмеялся. Мальчику сильно влетело. Настолько сильно, что ноги не держали его, и нам пришлось укладывать его в постель. Когда мы утром проснулись, кровать Юлиса была пуста. Нам сказали только то, что он недостоин владеть знаниями, которые нам дают. Больше мы его никогда не видели.
Самое удивительное, что половина мальчишек покупалась на бездарное обучение и ежедневную промывку мозгов. С каждым днем в их глазах появлялось все больше жесткого блеска и желания стать такими же, как наши наставники, несмотря на все тумаки, которые эти мальчуганы принимали почти с гордостью.
На мою голову побоев приходилось чуть меньше, чем остальным. Наверное, благодаря дисциплине, которую ты, Мэвел, во мне все же воспитал. Но однажды пришлось и на мою душу синяков сверх меры.
Мы занимались на той же площадке и отрабатывали боевые магические удары друг против друга. Я направил силу на противника, тот ловко увернулся. Мой удар пришелся точно в лицо Тисгара, стоявшего позади и не сумевшего защититься. Шрамированный откинул голову, потерял равновесие и, сделав два неловких шага назад, осел на груду шишек, которую сам же зачем-то велел насобирать днем ранее. Он сидел на шишках, ошалело глядя перед собой, отчего вид у него был безумно смешной. Удар был не настолько сильным, чтобы нанести Тисгару хоть какой-то ощутимый вред. Разве что зад болел от приземления на шишки. А вот самолюбие его ох как пострадало. Ко мне тут же подлетел разъяренный Ярсуб и ударил по лицу так, что голова дернулась в сторону и пришлось сделать шаг, удерживая равновесие.
– Как ты посмел напасть на своего наставника?! – взвизгнул Ярсуб у меня над ухом.
Мои оправдания, естественно, никого не интересовали, и на меня продолжали сыпаться удары учителя боевой магии в такт его визгам. Устав меня бить, он отступил в сторону, и я смог выпрямиться. Ярсуб отправил меня в карцер, куда я молча пошел сам, зная, что увиливать бесполезно. Ожидая, что просижу в заточении никак не меньше суток, я был очень удивлен, когда спустя час или два дверь открылась, меня выволокли наружу и потащили через коридор. От толчка в спину я упал на холодный каменный пол небольшой комнаты, чувствуя, как страх мерзкой змеей начинает ползать в груди.
– Ты решил сделать меня посмешищем?! – взревел сбоку Тисгар, и на мою спину обрушился сильный удар кнута.
Я охнул и воткнулся носом в пол. Следующий удар задел шею и рассек кожу. Я попытался сгруппироваться, защищая руками голову и лицо. От града сыпавшихся ударов стало темнеть в глазах, подступала тошнота, и мне казалось, что вот-вот потеряю сознание от боли. Местами на спине прилипла рубашка от сочащейся крови. Маленькая передышка, и Тисгар снова сделал шаг, замахиваясь кнутом. Я напрягся, ожидая очередного удара, но его не последовало. Вдруг я понял, что в комнате воцарилась тишина. Осторожно подняв голову, я увидел у стены Ярсуба и Кроуса – озадаченных, смущенных и злых. Они смотрели поверх меня туда, где стоял шрамированный. Я тоже повернул голову.
Темные без эмоций глаза меня разглядывали, как вещицу на витрине. На фоне бледного лица их цвет казался слишком темным, как и волосы, собранные в низкий хвост и короткая борода, закрывающая весь подбородок. Высокий, слегка худощавый мужчина рассматривал меня, забыв, видно, о Тисгаре, которого мертвой хваткой держал за руку с кнутом. Лицо того выражало страх, почти ужас, смешанный с удивлением. Мой спаситель, вспомнив о шрамированном, резко отпустил его небрежным жестом и негромко проговорил, растягивая слова:
– Интересная у вас система обучения, Кроус, – темные глаза прямо взглянули на управляющего крепостью, отчего тот вздрогнул и вжался в стену. – Думаете, если сделаете из детей калек, они будут лучше учиться?
Спокойствием и неторопливым голосом мужчина напомнил мне удава. Я помню, что почувствовал, как от него исходила сила не только магическая, но и какая-то иная. Будто неспешными многотонными волнами она разливалась по комнате. Еще я подумал, что крайне не хотел бы когда-нибудь встать на пути у этого человека. Наверняка он одним пальцем бы смел десяток Кроусов или Тисгаров, не моргнув и глазом. И они тоже прекрасно это понимали.
– Варго! Мы думали, ты уже уехал, – пискнул Кроус и поспешил добавить, ткнув в мою сторону пальцем. – Он заслужил наказание! Напал на своего наставника во время тренировки!
– Напал на наставника, – утвердительно протянул Варго. – При свете дня, при свидетелях, на общей тренировке? Он не выглядит дураком.
Варго снова глянул на меня, и вдруг я почувствовал себя в безопасности, хотя мое положение пока никак не изменилось.
– У них был парный бой. А мальчишка попал в учителя.
