– У тебя есть ее номер? – посмотрел на меня Иван Захарович. – Она его тебе оставила?
Я сказала, что видела номер, записанный на аппарате в маминой квартире, и предложила звонить ей домой.
– Звони, – кивнул Иван Захарович.
Трубку никто не брал. Куда она могла пойти в такое время? Это я могла бы, а она?
– На мужской стриптиз, – хохотнула Виктория Семеновна. – Она как раз попадает в категорию дам, любящих молодых мальчиков.
– Через забор лезть? – спросил Виталя у Ивана Захаровича.
– Ты что, а если ток пущен? – воскликнул Пашка, оторвавшись от очередной бутылки пива.
– Паша, ты видишь, что с воротами?! – заорал Виталя.
– А если это какая-то особая блокировка? Если электричество есть и по верху пущен ток? Но тогда возникает вопрос, из-за чего произошла блокировка?
– Звонок не работает!
– А если он и не должен здесь срабатывать? Есть звонки, которые звонящий не слышит, но которые раздаются в доме. И вообще тут могут быть инфракрасные лучи, реагирующие на движение.
Я напомнила Пашке про дом одного богатого человека (кстати, в той же части Ленинградской области), в котором нам не так давно довелось побывать. Когда мы только подошли, внезапно послышался сигнал. Мы тогда оба подпрыгнули. Потом хозяин объяснил нам, что мы попали в зону действия инфракрасного луча. Кнопки звонка там, кстати, нигде не было. Здесь она имелась. Но я была согласна с Пашкой. С другой стороны, кому тут звонить, если прислуга глухонемая? Хотя есть же охранники. То есть должны быть.
Внезапно с другой стороны послышалось какое-то движение и стон. Мы замерли и переглянулись. Небольшая дверца в стене начала открываться, Виталя первым тронулся туда и фактически поймал падающую маму олигарха. Она находилась в полуобморочном состоянии.
– Темуля? – простонала она, увидела, что ее подхватил не сын, и лишилась чувств.
Мы быстренько зашли на территорию, оставив дверцу открытой. Виталя с Димой переглянулись. Виталя потащил маму олигарха в дом, а Дима принялся изучать механизм, расположенный справа от двери.
– Ну что? – спросила я у него.
– Она вручную открыла. Сняла блокировку и открыла. Значит, звонок слышала. Но почему двери с двух сторон заблокированы? В тот раз ведь оставили открытыми. Если тут побывали… злоумышленники, они должны были как-то выйти! Или ворота, или дверца должна была оставаться открытой! Или и то, и другое. С внешней стороны их не заблокировать!
– Но олигарх же как-то уезжает из дома, – заметила я. – У него должен быть пульт.
– Значит, сперли, – сделал вывод Дима и повернул к дому.
Комната охраны опять оказалась пуста, мониторы отключены. Виталя уже звал нас откуда-то из глубины дома. Мы всей компанией рванули туда. Мама олигарха лежала на белом диване в большой гостиной и прикладывала к голове смоченное водой полотенце. Вероятно, Виталя принес его из одной из многочисленных ванных комнат. Но сам он находился где-то в другом месте. Мы поспешили на голос.
Эту комнату я назвала бы переговорной. Я помню, что следователь во время моего предыдущего визита вел записи именно здесь. Комната угловая, две стены – стеклянные, с красивым видом на парк (днем). Сейчас, конечно, парк был погружен во тьму.
Двое мужчин лет тридцати пяти – сорока, в дорогих деловых костюмах, белых рубашках и при галстуках, лежали на полу, связанные и с кляпами. Лица у обоих перекошены. Над ними стоял Виталя. На столе в беспорядке лежали какие-то бумаги, стояли два ноутбука. Я вопросительно посмотрела на милого друга.
– Оба мертвы, – сообщил он, будто я сама не видела.
Я опустилась на колени рядом с более молодым и дотронулась до его руки. Она успела остыть, но трупное окоченение еще не наступило. Тогда я подошла к ноутбукам. Вероятно, в обоих случаях сели аккумуляторы. Пашка все заснял, потом мы вышли из комнаты, Пашка заснял общий вид, на котором не маячили мы с Виталей. Остальные в переговорную не заходили.
– Рассредоточиваемся по дому, – сказал Виталя. – Но не по одному. – Он оглядел нашу компанию. – Иван Захарович, посидите с дамой. И вы, Виктория Семеновна. Может, скажет что-то интересное. Юля и Паша, за мной. Татьяна с Димой.
Олигарха мы нашли связанным в спальне вместе с Сильвой. Каждый был связан по отдельности, а не друг с другом, кляпы вставлены обоим. Значит, злоумышленники не знали, что Сильва глухонемая? По крайней мере, эти двое были живы. Пашка быстро заснял представившуюся нашим взорам картину, потом мы с Виталей развязали олигарха с девушкой.
– Спасибо, – выдохнул он.
– Полежите и придите в себя, мы пока осмотримся, – сказала я, и мы побежали дальше.
Кухарка и горничная тоже оказались связаны, тоже с кляпами во рту, но живы. После того как мы их развязали, каждая осталась в своей комнате. Неужели они так выдрессированы? Я каждой жестом показала, что пью, и вопросительно посмотрела. Они меня поняли, но оказалось, что у каждой в комнате есть графин с водой, и они в состоянии сами себя обслужить.
Мы с Пашкой и Виталей и Дима с Татьяной, которые больше никого в доме не обнаружили, вернулись к олигарху с Сильвой.
