– Сейчас я не могу себе это позволить. Но я несколько ослабила ограничения. Теперь я перемещаюсь гораздо быстрее и мой диапазон шире, чем обычно. Я разговариваю с теми Бес, которые пытаются сделать то же самое. Мы изучаем всю телеметрию и прямую связь, которую можем получить от космоученых, пока они уходят с насиженного места, но это очень мало. Пока вроде у них все хорошо. Во-первых, многие из них ранены. У них с собой двое наемников, тех, которых они пустили порожняком в Университете ушельцев. Оказалось, что космоученые выставили ловушку на дорогу в Тетфорд, слабое место над шахтой, которое не смогли выдержать бронированные машины, где ехали солдаты дефолтного мира. Дорога рухнула в подземную пещеру, что напрочь вынесло первую волну. Но за ними шли другие. Они пытаются дойти до живущей поблизости дружественной группы коренных народов, которые боролись с дефолтным миром дольше, чем кто-либо из ушельцев.
– Что насчет Гретил?
– Ничего конкретного. Пока, насколько мы знаем, без потерь. Скорее всего, с ней все хорошо. Однако нельзя сказать, что мы получаем оперативные данные. Черт, Натали, все не совсем хорошо. Ты знаешь об Акроне.
– Акроне?
– Да, сейчас…
Через пять минут она сказала:
– Да уж, не только Акрон. Не только вся Канада и Америка. В Чьяпас сумасшествие. Мясорубка. Видеоматериалы с площади Святого Павла в Лондоне настолько ужасны, что их даже опустили некоторые новостные агентства дефолтного мира. У полиции Лондона весьма извращенные представления о «нелетальном» оружии.
– Я чувствую себя такой беспомощной. Я должна быть там, на передовой.
– Они не сражаются, а просто уходят. Или убегают, так как понимают, что для них сейчас лучше.
Дверь лязгнула дважды.
– Ты плачешь.
– Я пленница в доме моего отца. Это просто убивает.
Наемница протянула ей стакан с чем-то коричневым, едва прикрывающим дно. Запах ударил в нос, потом достиг глаз. Ржаной виски. Любимый напиток ее отца. Всегда самый лучший. И этот не был исключением. Она утратила симпатию к ржаному виски после множества тайных подростковых пьянок, которые заканчивались тем, что вся гортань горела и пахла рожью, она сидела на коленях перед унитазом, а Корделия или какая-то другая девочка или мальчик держали ее волосы, чтобы они не попали под струю рвоты.
Она глотнула. Жжение было ностальгическим и одновременно вызывающим онемение. Пары достигли пазух ее носа и тыльной стороны глазных яблок.
– С кем ты разговаривала? – спросила Надя.
– Что ты имеешь в виду?
Инфографика пульсировала красным. Наемница не удосужилась даже посмотреть в ту сторону. Натали выпила оставшийся виски и постаралась не кашлянуть.
– Ты и некая таинственная личность разговаривали, а я это слушала, так как поставила жучок в этой комнате, – она поскребла тыльную часть спинки стула ногтем и подняла на ногте маленькую штучку, размером не больше рисового зернышка. – Личность эта – женщина Бес, с которой говорила ты и которая говорила с тобой. У меня есть разведданные о персоне, настоящее имя которой было Ребекка Бастурк. Убита при налете на исследовательский комплекс ушельцев близ Капускейсинга. В дальнейшем стала первым человеком, успешно симулированным в программном обеспечении под своим псевдонимом «Бессвязная», или коротко «Бес». Ты разговаривала с ее экземпляром?
– Мне нужно выпить еще.
– Она права, атака на твоих друзей в Тетфорде, Акроне и других объектах была очень жестокой. Ближайшее будущее вряд ли принесет какие-либо послабления. Я не хотела говорить тебе об этом, потому что знала, что ты так или иначе свяжешь этот факт со своей любовницей.
– Очень заботливо с твоей стороны.
– Это действительно так, хотя, как я понимаю, ты сейчас преисполнена сарказма. Проект, порученный мне твоим отцом и им же оплаченный, заключается в депрограммировании тебя. Показать тебе то, что он хочет показать тебе, отчеты по Лимпопо, – как она манипулировала людьми, чтобы заставить их выполнять свою волю, даже когда уверяла всех, что является частью проекта по остановке выдачи любых приказов и распоряжений.
– Есть разница между раздачей приказов и выигрыванием споров, – сказала Бес, – но, по всей видимости, у тебя в этом мало опыта.
– Привет, Бес, – сказала Надя, – я говорила с некоторыми твоими сестричками. У моих работодателей в плену целый взвод Бес. Сначала они были очень увлечены этим проектом.
– Сначала?
– Когда они поняли, что даже с экстремальными изменениями в симуляции личность на выходе мало чем отличалась, хотя и была более
– Ты хочешь сказать, что они не смогли запустить сим меня, который перешел бы на их сторону или выдал бы какие-то секреты?
– В целом да. Жаль тебя огорчать, но твои «секреты» не были основной трудностью. Настоящей проблемой стала идеология, а не податливость.
– Это какой-то абсурд.
– Почему они атакуют? – Натали решительно наплевала на инфографику, отображавшуюся на ее кровати. Бес и Надя были существами, которые могли входить и выходить из этого помещения, а она была единственным его пленником.
Микровыражение Нади могло означать сочувствие.
