Выход полностью

Натали подумала о Корделии с лицом, как у китайской куклы, о годах, которые они провели вместе, а также о тех годах, когда они были разлучены. Неловкое молчание. Что она чувствовала по отношению к Корделии? Иногда, когда они оставались одни в комнате, она фантазировала, что сестре вдруг станет совестно и она поможет Натали бежать. Однако понимала, что это безнадежно. Корделия зависела от денег Редуотеров, она была порождением или пленником дефолтного мира. При выборе между спасением Натали и пребыванием в дефолтном мире Корделия отдавала предпочтение своей удобной жизни.

Только потому, что кто-то в дефолтном мире предавал другого человека – сестру (хотя почему это вообще имело значение, будь они совершенно незнакомыми людьми, это не доставило бы Натали удовольствия) ради своего удобства, это еще не значило, что к подобному стандарту следовало скатываться Ласке или какому-нибудь иному ушельцу.

Трусливый голос нашептывал, как обращение Корделии в ушельца спасет ее от умственного плена дефолтного мира. Ласка с удовлетворением оценила тот недолгий момент понимания, что это голос ее корыстных интересов, а затем с легкостью подавила его.

– Нет. Без заложников.

– Это ограничивает наши возможности.

– Если только не использовать скрытый туннель, – сказала Бес.

Раздалось механическое завывание, когда старый, заржавевший механизм начал работать, пропуская через себя всю пыль и грязь, которая накопилась на нем за долгие годы простоя. Часть стены опустилась в землю, краска со скрытой панели засыпала пол ошметками.

Натали вовремя перевела взгляд со входа в туннель, чтобы заметить, как выражение удивления на лице Нади сменилась на привычное управляемое микровыражение.

– Это хорошо. Чем ты меня еще сможешь удивить?

– Если я расскажу, ты уже не удивишься, – сказала Бес дразнящим голосом.

Микровыражения: раздражение, бессилие, сомнение.

– Больше ничего такого, о чем я не знаю, – сказала Ласка. – Это был мой туз в рукаве. Хотя я даже не была в нем уверена. Не могла управлять им самостоятельно.

– Туннель выведет нас в овраг?

– Какая догадливая, – сказала Бес. – Я рассказала Ласке все. Я управляю телеметрией, подключенной к этому бункеру. У меня ограниченный доступ к дому через сети, которые преднамеренно разъединены.

– Похоже, что ты сможешь помочь нам в дальнейшем.

– Не спорю.

– Ты связана с друзьями Ласки, хоть с кем-нибудь, кто сможет встретить нас на той стороне?

– Не думаю, что на той стороне найдутся ресурсы, равные ресурсам, что есть у тебя и твоих друзей. Все ушельцы, которых я знаю, сейчас очень заняты.

– Просто спрашиваю.

Она пересекла комнату, взяла Ласку за подбородок, наклонила ее лицо, потом поводила из стороны в сторону.

– Мы достанем для тебя одежду, используем то, что у меня есть, чтобы скрыть твою внешность. Думаю, что после плена ты не больно-то вынослива, поэтому нам понадобится транспортное средство. – Она отпустила подбородок Ласки. Ее кожа чувствовала теплоту там, где только что ее касались пальцы Нади. Ласка поняла, как много времени прошло с тех пор, как ее кто-то касался не в медицинских целях или без применения насилия. Ей этого не хватало, и она приветствовала такое отношение к себе. Это ее испугало. Она жаждала того, что ей требовалось не меньше воздуха или воды.

– Сорок пять минут, – Надя вышла из комнаты.

– Эта женщина, – сказала Бес, – она очень взвинчена.

– Надеюсь на это, – Ласка пыталась быть храброй и почти достигла цели. – Кто-то из взрослых должен за всем этим присматривать, и я этим кем-то точно не буду.

– Я тоже.

– Что ты станешь делать, когда мы уйдем?

Пауза.

– Ласка…

– А.

– Если я отправлю свои разностные копии по электронной почте, прежде чем сниму все тормоза, это не будет смертью. Это как попробовать всю классную наркоту, которая только есть на свете, одновременно, полностью убить этим свой мозг, а затем иметь возможность отменить последствия.

– Я тебе завидую.

– Тебе тоже выпадет такой шанс рано или поздно. Когда-нибудь все мы будем здесь, на серверной стороне, жить в симах. Мы сможем уходить от чего угодно.

– Думаешь, она все еще прослушивает комнату?

– Я абсолютно уверена, что прослушивает.

– А ты ее прослушиваешь?

– Она вышла из бункера. У меня есть несколько камер, но они видят лишь пустой дом и иногда зашуганных слуг. Сколько вообще людей твой отец заставил на себя пахать?

– На него никто не работает. Он пользуется услугами службы, нанимающей их по мере надобности с использованием актуальных ставок. Некоторые из них приходят сюда каждый день, потому что алгоритм ставок распознает их показатели эффективности, однако все остальные появляются здесь не более одного раза. На последнем курсе я писала коммерческий проект по этой системе. Получила пятерку с минусом. Я просматривала этнографические данные рабочих, кое-кто из них был понижен в своем статусе вследствие работы алгоритма определения приоритетов. Причина: ненадлежащее расходование времени на рабочем месте.

– Зотты – это долбаные марсиане.

– Точно.

– Мне будет тебя не хватать.

– Очень скоро мы снова встретимся.