Схватив блокнот и карандаши, возвращаюсь в дом. За время моего отсутствия мне звонили Джонатан и Саймон. Джонатан хоть и уехал далеко, но звонит он почти каждый день, а то и по несколько раз. Рассказывает, где побывал сегодня и спрашивает про моё и папино самочувствие. Не задумываясь, набираю его номер телефона.
— Привет, пупырка, — слышу его весёлый голос на том конце. — У тебя всё хорошо? Как вы там без меня?
— Джонатан, я же просила не называть меня так. Я тоже обязательно придумаю тебе какое-нибудь обидное прозвище, — говорю, присаживаясь на диван в гостиной. Лет с двенадцати брат называет меня “пупырка”. Мама сначала бурно реагировала и наказывала Джонатана. Но потом, года через два сама стала меня так в шутку называть. При любом удобном случае они посмеивались надо мной и вместе придумывали мне новые прозвища. — Ты каждый раз спрашиваешь, как я. Слышишь, говорю. Значит живая.
— Сестрёнка, я искренне рад, что твой юмор начинает возвращаться. Через месяц я прилечу домой, посмотрим, какое ты придумаешь прозвище. Как отец?
— Папа всё время пропадает в книжных магазинах, домой приезжает к полуночи, уезжает рано и очень мало спит. Джонатан, я его не видела уже пару дней.
— Ему нужен отпуск, Клэри. Возможно мне стоит позвонить Люку, чтобы тот куда-нибудь свозил отца. Может они отдохнут где-нибудь вместе, как делали раньше…
— До маминой смерти, — не дав договорить брату, говорю я. — Да, возможно ты прав. Ладно, мне ещё надо сходить к Саймону, я его уже давно не видела.
— Как же это твой гиперактивный дружок не навещает тебя? Земля слетела с орбиты, Кларисса?
— Я надеюсь, что у тебя всё хорошо. Мы с папой ждём тебя дома, братишка, — проигнорировав его слова про Саймона, говорю я.
— Скоро буду. Люблю тебя, сестра.
— А я тебя.
Отключаю вызов и слышу, как кто-то поднимается по лестнице. Выхожу из комнаты и замечаю отца. Весь помятый, небритый, с тёмными кругами под глазами он поднимается по лестнице. Своего папу я давно таким не видела.
— Папа, — облокотившись о косяк двери, произношу я. — С тобой всё хорошо? Я приготовила тебе обед.
— Привет, Кларисса,— почёсывая свои коротко подстриженные волосы, говорит отец. — Со мной всё в порядке, немного устал. Дочка, мне придётся уехать на какое-то время. Я поеду в лечебный санаторий на месяц, может меньше. Мне нужен отдых.
— Я понимаю, пап. Но разве ты оставишь меня одну? Джонатан вернётся только через месяц.
— Думаю, что ты уже достаточно взрослая, чтобы остаться одна. Я оставлю тебе достаточно денег и буду каждый день звонить. Можешь даже позвать своего придурковатого дружка, если хочешь.
— Папа, он нормальный. Просто через чур активный, — подходя к отцу, произношу я. — И если ты действительно не против, я приглашу его на пару дней.
— Как скажешь, Кларисса. Заходи в книжные два раза в неделю, это единственное о чём я тебя прошу. Завтра утром я уезжаю, — папа обнимает меня. Мне так не хватало родительского тепла, ведь после маминой смерти он просто не обращал на нас с Джонатаном внимания.
— Ясно, папа. Я всё поняла.
— Вот и славно. Люблю тебя, дочка,— говорит отец, целуя меня в макушку.
— Я тебя тоже, папа.
Комментарий к Part 1. Одиночество.
Надеюсь, что вы напишите, что думаете по поводу этой главы.
========== Part 2. Говнюк. ==========
Сегодня у меня день Рождения. Мой брат, рост которого на пару сантиметров выше моего, пытается привязать воздушные шарики к шторам. Папа то и дело уезжает, ему надо забрать торт или съездить в книжный. Сегодня мне исполнилось восемь лет. На большинство моих праздников идёт дождь. Нынешний год не исключение. За окном с самого утра идёт ливень и мама ставит свечи на стол, ведь к вечеру, из-за грозы, которую обещают синоптики, будет темно. Все дни Рождения мы празднуем вчетвером, на такие события я даже не приглашаю Саймона.
Джонатан сделал открытку, нарисовав там меня с двумя косичками. К вечеру мы садимся за стол. Первым говорить всегда начинает папа, ведь он глава семейства. Традиция в нашей семье такова: после ужина мы с Джонатаном садимся в гостиной и смотрим мультфильмы.
Когда проходит несколько часов, я не замечаю маму, которая убиралась на кухне.
— А где мама? — смотря в сторону кухни, спрашиваю у брата.
— Может она пошла прилечь? Не волнуйся, Клэри.
— Я всё-таки пойду посмотрю, где она.
На втором этаже никого не было, хотя время уже подходило к полуночи. Я вышла на задний двор, где мамы тоже не оказалось. Был конец августа, и без куртки уже невозможно было ходить.
Я иду по тропинке, которая ведёт в лес. Слышу позади себя рычание и бегу, пока не натыкаюсь на что-то большое и неподвижное. Мама.
Вскакивая со своей кровати, ударяюсь головой о прикроватную тумбочку. Наверняка теперь будет синяк.
