В кабинете местного жандармского начальника можно было бы снимать сериал о тяжелых буднях ИСБ. Вся обстановка: мебель, книжные шкафы с рядами томов Имперского Кодекса Законов, огромный старый письменный стол с пачками серых, с завязками, папок. Даже человек за столом — здоровенный, лысый как биллиардный шар, мужчина. Классика детективного жанра — господа за работой на страже державы.
— Ваша светлость, — указал мне на ближайший к столу стул Капон. Сам Арон устроился подальше, в кресле у стеночки. Традиционно.
Я сел. Дверь за спиной закрылась. Стало вдруг так тихо, что не то что бы муха, казалось можно услышать шелест пыли оседавшей на разложенные по столу бумаги. Легат молчал, почти не мигая разглядывая меня. А я смотрел на него. Выискивал, согласно учению Баженовой, признаки. Хоть какие-нибудь. Хотелось понять главное: кто он? Враг или друг?
Пауза затягивалась. Но ни я, ни Капон не торопились заговаривать первыми. Этот фокус древнее, чем бивни мамонтов, которые время от времени вымывает из земли в северных княжествах. Нарушивший таинство тишины, автоматически станет просителем. Причем, не важно: сам пришел в этот кабинет, или под конвоем меня привели. Так что я был готов молчать сколь угодно долго.
Но не пришлось. Легат вдруг улыбнулся — безволосое гладкое лицо вдруг смялось, исчертилось тысячами морщин — и спросил:
— Как ты его назвал?
— Кого? Дракона? — дернул я бровью. — Хёгги. Нисси, что живут в Лицее думали будто он тот самый, легендарный Нидхёгг, что поедает трупы злодеев. Когда я впервые подманил его, оказалось, что это всего лишь молодой морской змей. Так он стал Хёгги.
— Значит, Рославский все-таки был прав, — кивнул сам себе жандарм. — Однако он так и не смог объяснить причину, по которой мертвые перестали вдруг восставать из могил. Предполагал, что детеныш волшебного зверя просто вернулся в океан. А оказывается…
Легат не договорил, спрятав рот за сложенными домиком пальцами.
— Вопрос к господину Капону, — четко выговаривая слова на сканди, сказал начальник местного ИБ. — Лицей. Территория кампуса действительно находится в собственности семьи Летовых?
— Видите ли, господин Ауд, — вернулся из мира собственных мыслей адвокат. — Дело в том, что…
— Не нужно, — жестко перебил Капона легат. — Просто да, или нет.
— Да, ваше высокопревосходительство.
— И этому есть подтверждающие документы?
— Истинно так, ваше высокопревосходительство.
— Отлично. Тогда мне не за что наказывать вас, Антон. Вы были в своем праве. Дело будет закрыто. И в связи с тем, что ваши… опыты по приручению зачарованного существа избавили город от нашествия агрессивной нечисти, стану ходатайствовать о вашем награждении.
— Спасибо, — осторожно улыбнулся я. — Но я не ради награды…
— Это понятно, — отмахнулся легат со старинной фамилией. — Тем не менее, факт есть факт. И с ним не поспоришь… Что же касается инцидента в загородном клубе… Смею вас уверить, Мартынов вас больше не побеспокоит. Это не значит, что определенные круги в городе не станут предпринимать каких-либо усилий…
Он снова оборвал фразу на середине. И снова спрятался за пальцами.
— Мы не сможем защитить тебя, Антон, от всех бандитов города, — наконец, выдал он. — Да, думаю, ты бы этого и не желал?! Верно? Молодой человек, дворянин, охраняемый жандармами… Станут сплетничать, выдумают какую-нибудь чушь, и сами же в нее поверят…
— Справлюсь, — выговорил я, поморщившись. Воевать со всем преступным миром многомиллионного города совершенно не хотелось. Лишняя забота, лишние расходы и непредсказуемый результат. С другой стороны, как-то решать эту проблему было нужно.
— Но мы станем за тобой присматривать, — снова улыбнулся Ауд. — И если обыватели не пострадают, закроем глаза на… многое. Это понятно?
— Отчетливо, — глядя прямо в глаза легата, отрапортовал я. Такие обещания — а что это было такое, если не обязательство не вмешиваться в войну, если мирные жители не пострадают? — дорогого стоят. — Я свободен?
— Конечно, — дернул бровями Ауд. — Дознаватели прояснили для себя некоторые моменты произошедших событий. Благодарю за…
Как, интересно, его подчиненные понимают, если он может вот так вот, на полуслове, замолчать? Представляю, как он предложение руки и сердца девушке делал. Хи-хи.
Признаться, я понятия не имел: женат ли вообще гранд-легат ИСБ Халлстейн Ауд, и есть ли у него дети. Учитывая, что род Аудов в державе уже более девятисот лет, но особой многочисленностью похвастаться не может, и Халлстейн должен оставить потомков. Если конечно он придерживается общепринятых моральных норм старой аристократии: Род в первую очередь, интересы страны — во вторую.
