– А еще что-нибудь вы можете нам рассказать? Что-нибудь, чего мы еще не знаем?
Камински с трудом подавляет зевок.
– Вряд ли… Послушайте, может быть, перенесем нашу встречу? Я действительно в полном ауте. Если что-нибудь вспомню, то позвоню вам.
Сомер смотрит на Гислингхэма – больше здесь они ничего не узнают. Детективы встают.
– Благодарю вас, мисс Камински, – говорит Гислингхэм у двери. – И обязательно позвоните нам, хорошо? Даже если вспомните что-то, на ваш взгляд, совершенно неважное.
Они спускаются по лестнице и выходят на холод. Сомер натягивает берет, и Гислингхэм говорит с улыбкой:
– Ты сейчас так похожа на мою младшую сестру…
– А я не знала, что она у тебя есть. – Эрика искоса смотрит на него.
– Ну да. Она на семь лет младше, так что всегда была любимицей семьи. А у тебя есть сестры?
– Старшая. – Но что-то в выражении ее лица заставляет Гиса воздержаться от дальнейших вопросов.
– Ну, и что ты обо всем этом думаешь? – спрашивает Сомер, когда они подходят к привратницкой и Гислингхэм открывает тяжелую стеклянную дверь.
– Не вижу для Камински смысла врать. А потом, мы знаем, что ее не было в стране, когда начался пожар.
– И только пятнадцать процентов поджогов совершаются женщинами, – задумчиво добавляет Сомер.
– Правильно. Так что это просто проверка для очистки совести. Или я что-то пропустил?
Какое-то время Сомер молчит.
– А что по поводу ее молодого человека?
– Этого парня из Магдалены? Неда Как-его-там? А что с ним не так?
– Очевидно, что он очень сильно зол на Эсмонда. А ты бы не был, если бы речь шла о Джанет?
– Конечно, был бы. Но я не стал бы поджигать его гребаный дом. Можешь мне поверить. Это тупик.
Стоя у окна, Лорен Камински следит за тем, как полицейские скрываются из вида. Затем берет в руки мобильный телефон.
– Нед, перезвони мне, пожалуйста. У меня была полиция.
Она отключается, но остается стоять у окна. На ее лице появляется озабоченное выражение.
Вернувшись в участок Сент-Олдейт, Эверетт решает не отделяться от команды и добровольно садится за проверку звонков, полученных на горячую линию. Обычно это называют неблагодарным делом. Просидев час, она чувствует, как у нее занемели ноги, и встает, чтобы взять себе кофе. Прихрамывая, идет по коридору, ощущая в ногах покалывание.
– У тебя всё в порядке? – спрашивает Куинн, который, стоя возле кофемашины, размышляет, какой кофе ему выбрать. За ухом у него торчит ручка, как и всегда.
– Все хорошо, – отвечает Эверетт. – Пытаюсь не одеревенеть, как мои ноги.
– Ах, вот как…
– А ты как?
– Хреново. – Он бьет рукой по аппарату. – Нигде никаких следов Кёйпера. И такси он вроде бы тоже не нанимал, хотя мы и не проверили еще все фирмы… Как много фирм такси в этом гребаном городе?
– На вокзале в дождь их точно никогда нет, – вздыхает Эверетт.
Вернувшись в кабинет, она подсаживается к Сомер и интересуется, глядя на бумаги на столе перед констеблем:
– Что-нибудь нашла?
– Просто хочу понять, есть ли что-нибудь на молодого человека Лорен Камински.
Брови Верити лезут вверх.
– Ты что, думаешь, его надо подозревать?
– Нет, наверное. – Эрика криво улыбается. – Но я хочу поставить жирную галочку в графе «железное алиби».
– Сомер, – зовет ее Бакстер с противоположного конца комнаты, – тебе звонят. По третьей линии.
Ф.Э.: Констебль Сомер? Это опять Филипп Эсмонд. Я видел новости. Про Мэтти.
Э.С.: Мне очень жаль.
Ф.Э.: Хотелось бы мне успеть вовремя…
Э.С.: С ним были его бабушка и дедушка, если вам будет от этого легче.
Ф.Э.: Ну хоть что-то, наверное… Они, должно быть, с ума сходят. Сначала Захария, потом Сэм, а теперь вот это… (вздыхает). Ну что, по крайней мере, все это дерьмо в Сети перестанет обвинять ее в том, что она была плохой матерью.
Э.С.: Я знаю, что это может быть нелегко, но вам надо просто не обращать на это внимания. Они же вас не знают. И устраивают бурю в стакане воды.
Ф.Э.: Да, я все понимаю. Правда, это легче сказать, чем сделать… Послушайте, я позвонил вам потому, что кое-что вспомнил. В нашем последнем разговоре вы упоминали «лачугу». Ну, якобы о ней говорила Ма.
Э.С.: Совершенно верно. Кажется, она думает, что ваш брат может быть там.
Э.С.: Домик на берегу?
