Выхода нет полностью

– А мне здесь нравится, – говорит Сомер, неожиданно понимая, насколько она грязная.

Сумарес занят тем, что включает повсюду свет.

– Ванна там, сзади, – показывает он рукой. – Если захотите принять душ, то там есть полотенца, а я пока поищу что-нибудь, что вы сможете надеть.

Все это похоже на дежавю – в скольких романтических сериалах Эрика видела подобную сцену, – но когда она через десять минут осторожно открывает дверь, на пороге лежит футболка. И она точно не принадлежит Сумаресу. Сомер, как может, приводит в порядок волосы и выходит из ванной. В одном из окон она видит Гислингхэма, стоящего возле машины и разговаривающего по телефону. Наверное, докладывает Фаули, как она лажанулась и что 200 миль они проехали впустую.

– Закончили? – спрашивает Сумарес с другого конца комнаты.

– Спасибо за футболку.

– Она не моя, как вы, наверное, догадались.

– Тогда спасибо вашей девушке.

– Моей дочери. – Инспектор улыбается. – Если точно, то моей старшей дочери. Оливии всего десять, а вот Клаудиа почти такого же роста, как и вы. Или была такой, когда я видел ее в последний раз.

– Красивые имена.

– Выбор жены. – Он сардонически улыбается. – Она сказала, что я назвал бы их дочь А и дочь Б, будь на то моя воля.

– А они далеко живут? – задает вопрос констебль, запомнив слова «в последний раз».

– Ванкувер для вас достаточно далеко?

Что-то в его лице заставляет ее прикусить язык.

– Простите… я не хотела…

– Пустяки. По крайней мере, для меня. Я скучаю по ним, хотя для них это великолепный шанс. Сам я вырос на острове длиной в двенадцать миль. И хочу, чтобы перед моими девочками открывались широкие горизонты.

Он замечает, как Сомер переводит взгляд на окно и смеется.

– Со всеми так – считают, что я говорю об острове Уайт; но речь идет о Гернси. Он гораздо меньше и гораздо дальше.

– И как часто вы видите дочерей?

– По «Скайпу» мы общаемся каждую неделю, – Сумарес пожимает плечами, – а раз в год, когда они приезжают, я превращаюсь в их папу-героя. И это работает. Конечно, не об этом я мечтал, когда они родились, но это работает.

Раздается стук в дверь, и Сумарес открывает ее, чтобы впустить Гислингхэма, который демонстративно смотрит на часы.

– Может быть, уже поедем?

Он таращится на ее майку. На ней розовыми и синими блестками написано «Бейонсе». Эрика краснеет.

– Инспектор был так добр, что одолжил ее мне.

– Это майка одной из моих дочерей, – беззаботно поясняет Сумарес. И это мгновенно заставляет Гислингхэма насторожиться. Потому что всего час назад он проверил – инспектор не носит обручального кольца.

Возникает пауза, которая грозит превратиться в неловкость, а потом инспектор прочищает горло:

– Если я еще чем-то могу помочь, то вы знаете, где меня искать.

– Слишком много выпендривается, – замечает Гислингхэм, пока они идут к машине.

– Правда? – Сомер снова краснеет. – Не знаю… Мне он показался вполне нормальным.

Гислингхэма так и подмывает спросить, как Фаули отнесется к ее заигрываниям с чужим инспектором, но он вовремя останавливается. В конце концов, он же не знает наверняка, есть ли что-нибудь между ней и боссом. Да это и не его дело. И то, чем она занимается в частной жизни, – тоже. Без всяких вопросов. В то же время он никак не может избавиться от раздражения, а раздражает его то, что он раздражен, а еще больше раздражает то, что она видит, что он раздражен, и, наверное, думает, что это все потому, что она заставила его направиться на эти бесполезные поиски.

Назад они возвращаются в полном молчании.

Запись телефонного разговора со Стейси Ган, 9 января 2018 г., 09:11.

Разговор провела детектив-констебль Э. Сомер.

С.Г.: Алло! Кто это?

Э.С.: Меня зовут детектив-констебль Эрика Сомер. Вас переключили на меня, потому что я вхожу в группу, расследующую пожар на Саути-роуд.

С.Г.: Понятно. Хорошо. Я видела ваше обращение. В местных новостях. И поэтому звоню вам.

Э.С.: Вы знали Эсмондов, миссис Ган?

С.Г.: Только ее. Саманту. Мы вместе занимались пилатесом[62]. Я никогда не знала, где она живет, и поэтому не поняла, что этот кошмарный пожар случился у нее в доме. А его я видела лишь однажды – ее мужа. Он забирал ее после занятия. Поэтому я узнала его по телевизору.

Э.С.: А когда вы видели миссис Эсмонд в последний раз?

С.Г.: В последнее время она не часто ходила. Я имею в виду на занятия. Прекратила, когда была беременна, и после этого так и не вернулась к ним в полной мере.

Э.С.: Значит, вы не видели ее больше трех лет?

С.Г.: Простите, я, наверное, плохо объясняю… Я видела ее у врача, у того, что недалеко от Вудсток-роуд. И случилось это месяца два назад. С ней были оба ее сынишки. Честно сказать, я ее почти не узнала. Выглядела она ужасно. Торчащие во все стороны волосы, никакой косметики… А раньше всегда была так красиво подкрашена… Даже на пилатесе. Мне кажется, это нравилось ее мужу.

Э.С.: А почему вы так думаете?