Мы спускаемся вниз и садимся в последнюю свободную машину. Серёжа устраивается на переднем сиденье, а мы оказываемся сзади вместе с Даней. Я прижимаю Кристину к себе поближе и всю дорогу не убираю руку с её колен. Не знаю, как там другие коты помечают свою территорию, а лично я — именно так.
Меня удивляет мысль о том, что я могу получить удовольствие не от исполнения своих желаний, а от её наслаждения. Мне никогда ещё не было настолько хорошо от мысли, что девушка чувствует меня. Кусает губы от моих поцелуев, прижимает своё тело ко мне из-за нетерпения, выдыхает моё имя. И эта душевая. Прекрасно понимаю, что она снова ушла от разговора. Это невыносимо пугает, но мне с ней слишком хорошо.
***
Я занят всего в одном номере — «Девочка с каре» обрела свой успех и готовится появиться на сцене во второй раз. А пока финалисты репетируют своё новое выступление, мне приходится сидеть в зале и смотреть на это со стороны. Греет душу только одно — Крис может выиграть.
Наблюдать за ней — одно удовольствие. Её лицо такое серьёзное, когда она слушает свои задачи на номер, но потом в один момент оно меняется и становится по-детски счастливым. Мысль — быть настолько зависимым от этого маленького солнца, меня пугает.
Репетиция за один миг обращается в камеру пыток, когда в зал заходят Фадеев и Майами. Мило переговариваются и даже смеются. Меня одного волнует вопрос — зачем он здесь? Олег обменивается с Крис приветственным взглядом и оставляет Фадеева, спеша к ней. У меня возникает чувство, что из меня делают полного дурака. Подходит. Обнимаются. Болтают. Меня передёргивает от того, что у них что-то могло быть. От того, что он может просто так прикасаться к ней и рассчитывать на её улыбку. Но я сижу и смотрю на это всё, пока он не уводит её за кулисы. Просто так берёт и уводит. Придерживает её за плечо, как будто назло, и сваливает с моей девушкой.
— Серьёзно? — возмущённо проговариваю я.
— Будь аккуратнее, Макс, — говорит мне сидящий рядом Серёжа, который уже пару часов находится в курсе всей ситуации. Он не пытается меня остановить, когда я вскакиваю с места и быстрым шагом иду за ними. Он не делает этого, потому что сделал бы так же.
С разъярённым видом пересекаю сцену и спускаюсь к коридору, где располагаются все наши гримёрки. Вижу, как они не спеша идут по тому же коридору, удаляясь от меня.
— Эй! — кричу им вслед, на что они дружно оборачиваются. Подхожу ближе.
— Что, Максим? — равнодушно произносит Крис, заставляя моё тело содрогнуться вновь.
— Оставь нас, Олег, — обращаюсь к парню.
— Крис, всё нормально?
— Ни хрена не нормально, но будет немного лучше, если ты свалишь прямо сейчас, — говорю ему и смотрю в упор.
— Олег, наверное, так будет лучше, — обращается она к нему, и он кивает в ответ.
— У тебя не получится уйти от разговора снова, Крис, — говорю ей, когда Олег оставляет нас наедине в этом коридоре.
— О чём ты хочешь поговорить?
— Что у вас с ним?
— Ты уже не ставишь вопрос, было что-то или нет?
— Ты издеваешься? Если бы ты ответила хоть на один мой вопрос, было бы здорово. Но ты же у нас молчишь.
— Тебе так важно знать, было у нас что-то или нет?
— В смысле — так важно? Ты серьёзно? Естественно, я хочу знать.
— Зачем? — с горькой улыбкой произносит она и смотрит мне в глаза.
— Затем! Затем, что… В смысле?
— Ты же понимаешь, почему нас обоих тянет к другим людям, Макс?
— По-моему, только тебя тянет постоянно ко всяким Олегам!
— А история с Женей куда-то испарилась, да?
— Я думал, мы это прошли.
— Да какая разница? Сам факт, — говорит она, вздыхая, и опускается на пол с уставшим видом. — Ты был прав — нет смысла привязываться здесь ни к кому. Мы все в запертом помещении. Но тебе надо было оставаться со мной честным, а не задвигать какую-то хрень про любовь и целовать вот так, как будто бы это что-то значит!
— Крис, с чего ты это взяла?
— Максим! — выкрикивает она и поднимается на ноги. — Почему нельзя было остановиться, когда ты понимал, что это зашло слишком далеко? И даже если сейчас ты думаешь по-другому, то выйдешь из башни, и я тебе уже не буду нужна.
— Ты хочешь решать за меня?
— Как и ты — мне, Максим, — продолжает свою последнюю фразу она.
Я смотрю на неё молча, боясь завести какие-то остатки от «нас» ещё глубже в тёмный лес.
— Тебе не кажется, что ты слишком мало меня знаешь, чтобы надеяться на моё благородство? — спрашивает она. — Ты всегда считал меня маленькой девочкой, а когда эта девочка оказалась плохой и тебе изменила, то ты вдруг удивился. Не ожидал, что кто-то тоже может оказаться плохим, кроме тебя?
— Уверена, что не будешь жалеть о своих словах?
— Единственное, в чём я уверена.
Вокруг начинают ходить люди, потому что в репетиции, кажется, сделали перерыв. Я подхожу ближе и говорю неуловимо для остальных ушей.
— А когда ты наговорила всякой ерунды, и Дашу теперь уволили, ты тоже была уверена? А когда решила покрутить роман с Майами? Ты была уверена в том, что ты знаешь всё, что я когда-либо говорил здесь кому-то? Сейчас ты уверена?
Она делает шаг назад, чуть колеблется, но практически не меняется в лице. Что с тобой стало?
