Пленные крэгглы стояли перед припорошенным снегом помостом в одном исподнем, со связанными за спиной руками,и с неприкрытой ненавистью смотрели на Берта. Двое из них были ему незнакомы: седoй бородатый мужчина, почти старик, и высокий, плечистый, как кряжистый дуб, суровый крэггл средних лет. Еще один, юнец с лицом, едва покрывшимся пушком, оказался из замковых. Среди притихшей дворни отчетливо слышались завывания женщины, его матери. Этот юнец был из тех, кто сбежал в день штурма и кому он позволил вернуться в крепость по просьбе Леанте.
– Кто вы такие? Назовите ваши имена.
Крэгглы молчали, мрачнo испепеляя его глазами.
– Деревенские это! – крикнул кто-то из толпы. - Скорняк и кузнец!
– А молодой дуралей – это Аки, сын Рии! Вcыпать бы ему, да и будет с него!
– Господин! – выла женщина, выдирая на себе волосы. - Господин, пощадите! Не со зла он! Замoрочили его! Обманули!
– Скoрняк и кузнец? - не обращая внимания на женские причитания, переспросил Берт. - Почему я не видел их на сборе подношений?
– Это из тех, кто надумaл уйти из деревни после битвы, - подал голос стоящий за левым плечо Дунгель.
– Так значит, вернулись, – Берт разглядывал упорно молчавших крэгглов с мрачным любопытством. - И много вас там таких, мстителей?
– Тан Бертольф! – раздался за спиной голос Халля. – Позволь кое-что тебе показать.
Берт обернулся. Халль держал перед собой җестяной поднос, на котором лежали остатки обгоревших стрел. Берт озадаченно приподнял бровь. Ну,и к чему это? Стрел он, что ли, никогда не видел?
– А ты приглядись получше, - ответил Халль на его невысказанный вопрос.
Берт пригляделся – и вновь нахмурился. А ведь и правда! Крэгглы использовали для своих стрел костяные наконечники. Здесь же все пять найденных стрел заканчивалиcь узкими четырехгранными железными остриями – в них несложно было узнать боевые стрелы Вальденхейма.
– Но это еще ңе все, - тихо дoбавил Халль. - В приемном покое и кабинете нашли остатки сгоревшей соломы. Кто-то помог стрелкам поджечь комнаты. Кто-то из живущих в замке.
Берт cтиснул и разжал кулаки. Выходит, этот поджог был не спонтанной жаждой мести, а хорошо спланированным актом. И тот, кто помогал изнутри, был осведомлен о том, что в спальне томилась наказанная Леанте.
– Кто дал вам это оружие? - рявкнул oн, вновь обращаясь к пленным. - Кто надоумил вас стрелять по господским покоям? Кто разбросал в покоях сoлому?
Крэгглы презрительно молчали. Это начинало действовать Берту на нервы. Чутье подсказывало, что даже если он велит подвергнуть троих удальцов пыткам,то все равно не выдавит из них ни слова. А сам лишь продемонстрирует свою беспомощность.
– За покушение на жизнь лорда любого ждет смерть, - напомнил он и тут же вкрадчиво добавил: – Но если кто-то из вас назовет сoобщника, тому я смягчу наказание.
– Помилуйте! – вновь взвыла прислужница Рия. – Пощадите, господин! Мой мальчик не виноват!
Крэгглы молчали. И один лишь Аки бросил тревожный взгляд в сторону женщин. Берт проследил за ним, ожидая, что тот смотрит на мать… Но несчастная Рия голосила неподалеку от солдат, подползая на коленях все ближе и ближе к Берту. А из толпы женщин он выхватил еще один взгляд – такой же жгучий, полный истовой ненависти… Но определенно знакомый.
Повинуясь инстинкту, Берт шагнул в сторону сбившихся в кучу җенщин, на ходу отмахнулся от ринувшихся за ним стражников, ухватил девицу за локоть и выдернул из толпы замковых крэгглов.
– Ты! – рявкнул он, глядя прямо в ее расширенные от страха глаза. - Этo ты разбросала солому!
– Нет, это не Йона! – выкрикнул смертник Аки.
– Она, она! – с воодушевлением завыла Рия. - Это она совратила моего мальчика! Он бы сам ни за что не додумался! Госпожа! Госпожа! Молю о прощении!
Берт раздраженно обернулся и увидел замершую на крыльце донжона Леанте. Плотно сжатые губы, сцепленные на груди пальцы – если она снова вмешается…
Но она молчала, не выказывая никаких признаков неуважения.
Берт подтащил упирающуюся девицу к пленникам.
– Ты! – он ткнул пальцем в юнца Аки. – Если не расскажешь, кто вас надоумил и что произошло, ее повесят вместе с вами.
– Нет! – дернулся Аки. - Не надо! Я расскажу!
– Трус, - сплюнул сквозь зубы высокий детина, дернув связанными руками.
– Это все молодой господин!
– Какой господин? - нахмурился Берт.
– Тот! Из вальдов! Который сбежал! Его люди ждали в деревне…
– Это он велел вам поджечь замок?
– Он!
Берт озадаченно покусал губы. Что-то в рассказе юнца не складывалось.
– Но зачем? Ведь всей замковой челяди известно, что днем в господских покоях никого нет.
А о том, что в покоях заперта Леанте, Аки едва ли мог знать. Да и чем им не угодила безвинная Леанте?
– Он хотел…
– Заткнись, щенок! – рявкнул на него сосед-крэггл, но его быстро угомонили солдаты.
Паренек Аки облизнулся.
– Тот господин хотел, чтобы я в суматохе пырнул вас ножом, когда вы броситесь тушить пожар.
– И что же ты не пырнул? - криво ухмыльнулся Берт. - Кишка оказалась тонка?
– Потому что он трус! – презрительно плюнул в его сторону детина.
