Она хотела, чтобы каждое слово, сказанное ею, словно дробь, выпущенная из ружья, застревало в мозгу Стаса. Она хотела посеять сомнение в его голове, чтобы он начал параноить и нервничать.
— Он явно не разделяет твое правление. Я даже больше тебе скажу, возможно, он затевает бунт, чтобы сместить тебя и занять твое место.
— Он бы никогда на такое не пошел! — завопил Стас, а сам вспоминал насмешливые слова Артура.
— Откуда такая уверенность?
— Он обязан мне по гроб жизни, если бы не я и мои деньги, он бы до сих пор гнил в тюрьме, а его родня рылась на помойке. Он был единственный мужик в семье, и если бы его посадили, его семья пошла бы по миру.
«Так вот в чем причина! — подумала Ира. — Стас вытащил его из тюряги!» Ира мысленно улыбнулась и заговорила:
— Все меняется! Если бы его семья до сих пор была жива, может быть, он и был бы тебе обязан по гроб жизни, но где сейчас его семья? Наверняка, мертва уже, и его с тобой ничего не связывает.
— Хватит! — заорал Стас. — Пошла вон!
«Да с удовольствием! — подумала Ира и вышла из квартиры, потирая шею и улыбаясь самой себе. — Вроде все прошло неплохо! Не считая синяков на шее».
Она еще немного постояла за дверью, прислушиваясь, как Стас яростно что-то громил в квартире, слышался звон битого стекла. Когда послышались приближающиеся шаги Стаса, Ира быстро спустилась вниз и вышла из подъезда.
Перестрелка дезориентировала Василия Геннадьевича, он бежал к машине что было сил. Возраст давал о себе знать, сердце бешено колотилось, появилась сильная одышка, грудь сперло от боли так, что не было возможности вдохнуть, ноги от страха не слушались и были словно деревянные. Прыгнув за руль, он огляделся по сторонам в поисках ребят. То, что он увидел, ему очень не понравилось. Сначала Иру сбил с ног мотоциклист, а потом и ребят схватили. Геннадич от злости ударил рукой по рулю, он был разочарован, что не мог им ничем помочь. Надо было срочно предупредить Общину. Он трясущимися руками включил рацию.
— Прием!
— Прием! — послышался голос Евгения.
— Мы попали в засаду! Я возвращаюсь!
— Прием! Повторите! Вас плохо слышно.
Но у Геннадича не было времени повторять, он надавил на педаль газа и помчался домой.
Он все время прокручивал у себя в голове увиденное. Стараясь, как можно быстрее добраться домой, он выжимал педаль газа до упора, но ему казалось, что он стоит на месте. Сердце бешено колотилось.
Что же он скажет дома? Как будет расстроена Община, а особенно Евгений. «Вот чувствовал, что не надо отпускать их одних. Вот старый дурень!» — мысленно корил себя Геннадич.
Когда он подлетел к воротам Общины, на башне дежурил Евгений. Он быстро, насколько позволяла ему рана, спустился с башни и открыл ворота.
Возле забора шаталась пара мертвяков. Как только они увидели подъезжающую машину, то сразу направились к ней. У Геннадича не было ничего из оружия.
— Женя! Возьми мне меч! — выкрикнул он, выходя из машины.
Евгений схватил пару мечей и выбежал навстречу. Один меч он кинул Геннадичу. Он воткнулся в землю возле него.
— Я беру их на себя! — закричал Геннадич и стал махать руками и кричать, чтобы оба трупа шли только на него.
Евгений решил не вмешиваться, придерживая рукой правый бок, и наблюдал со стороны, пока Геннадич закончит.
Геннадич схватил меч, подскочил к одному мертвяку и занес оружие над головой трупа, послышался удар и хруст костей, он раскроил ему череп. Мертвяк с глухим стуком упал на землю. Из его головы сочилась вязкая жижа, Геннадич поставил ногу на его голову, чтобы вытащить меч, череп под тяжестью захрустел и развалился на несколько частей, показалось серое вещество. Меч был свободен. Нанося удары, Геннадич выпускал всю злость, которая переполняла его сейчас, он мстил этим ходячим трупам за провал операции, за захват Иры и мальчишек и, самое главное, за свою беспомощность.
Он подбежал ко второму мертвяку, который наступал на Евгения, и снизу вверх вонзил острие ему в затылок, меч пронзил голову мертвяка насквозь, и лишь кончик меча торчал из макушки трупа. Мужчина потянул меч, но он застрял в кости и не хотел никак вытаскиваться.
Евгений подошел к нему и жестом показал, чтобы он оставил эту затею. Геннадич выпустил меч из рук и дрожащим голосом спросил:
— Скажи, что вы нашли оружие?
Евгений, не отвечая, кинулся к машине, заглянул на заднее сиденье, но никого не увидел, сердце его екнуло, руки затряслись.
— Где все? — нервно спросил Евгений.
— Мы попали в засаду! — виновато ответил Геннадич. — Нас обстреляли, я один добрался до машины и ждал сколько смог. Иру и мальчишек схватили, я должен был вас всех предупредить как можно быстрее.
Евгений и Василий Геннадьевич быстро шагали к дому совета Общины. На случай быстрых сборов у них был колокол. Василий Геннадьевич несколько раз ударил по нему металлической палкой, и по свей Общине разнесся звон.
Через десять минут все жители Общины сидели, внимательно слушая Василия Геннадьевича. Он рассказал им все в мельчайших деталях. Евгений сидел мрачнее тучи.
