В кабинете Аларика было довольно душно, хотя за окном со вчерашнего вечера буйствовала непогода. Низкое свинцовое небо хмурилось, надёжно заслоняя Наргард от солнца, а порывистый ветер бросал на стёкла замка крошечные льдинки.
Точно такая же буря развернулась и в моей душе, когда меня без объяснений выдернули из покоев и притащили на суд. По-другому назвать сие мероприятие язык не поворачивался. Все присутствующие разделились на две команды. С правой стороны на диванчике восседала Иветта со своей дочерью, противный Элрис и бледная Мо, которая постоянно теребила свой накрахмаленный передник. Кажется, она была не на шутку перепугана, дрожала и нервно покусывала губы. Но я отчего-то так и не смогла наскрести внутри себя хоть толику жалости. Мо сделала свой выбор.
Рядом с дамами расположился и советник Кирнас. Старый хрыч, как его назвал Истон, презрительно кривился каждый раз, когда его внимательный взгляд наталкивался на мою скромную персону. Как будто это я махала мечом в прошлых войнах, выступая на стороне отца, как будто это я заключила перемирие между Нортонами и Виоларами, как будто это я прокляла драконов.
На другой стороне кабинета обнаружился Лазар, Витар и близнецы, что помогали нам в саду с дорожкой. Я покрутила головой, пытаясь обнаружить своего друга по несчастью, но Истона нигде не было.
Тяжёлый вздох Аларика всё же вынудил меня бросить и на него осторожный взгляд. До этого момента я старалась смотреть куда угодно, лишь бы не на своего случайного мужа. На лице его застыла маска мрачной решимости, твёрдые губы, которые когда-то касались меня нежно и требовательно, теперь были плотно сжаты, глаза его затопила тьма такая яростная, почти физически ощутимая, что по спине у меня прокатился ледяной холодок. Я вздрогнула и потупилась, не в силах выдержать это противостояние.
— Что ж, раз все в сборе, полагаю, мы можем начать, — Элрис поднялся со своего места и растёр ладони в нетерпении. Вот кого вся эта ситуация по-настоящему забавляла. — Думаю, причина, по которой мы все здесь собрались, не является для присутствующих секретом. Наречённая, а если быть точным, уже жена нынешнего правителя Наргарда, обвиняется в измене.
Я легонько пихнула Витара локтем и незаметно склонилась в его сторону. Благо мой охранник всегда был довольно сообразительным.
— Элрису больше всех надо? — прошептала тихо.
— Все высокопоставленные маги наделены правом вести разбирательства от имени короля.
— При чём здесь король? — всё ещё недоумевала я.
— Виолары слишком важны для королевства, это дело чести, — отрезал Витар.
Элрис шепнул что-то Мо, и та, словно деревянная кукла на шарнирах, сделала несколько неуклюжих шагов в центр комнаты. Когда на ней скрестились все взгляды, девушка тяжело выдохнула и уставилась на край стола, за которым сидел Аларик.
— Клянёшься ли ты, Мо, говорить только правду? — сурово спросил Элрис, и девушка кивнула. — Скажи вслух.
— Клянусь, — вздрогнув ответила она. Окружающий нас воздух сгустился, разом потяжелел, сковывая грудь. Магия? Я переступила с ноги на ногу и словно невзначай окинула остальных взглядом. Кажется, будто, кроме меня, этого никто не заменил.
— Итак. Расскажи, что случилось в ту самую ночь.
— Накануне вечером леди Амелия и господин Истон направились в гостевое крыло. Я последовала за ними, хотела попросить у леди разрешения, чтобы она отпустила меня поутру в деревню, но немного задержалась по пути. Когда поднялась к покоям, то… — на этом моменте Мо покраснела и заправила за ухо выбившуюся из причёски прядь волос. Я уже понимала, что последует дальше, но всё же против воли впилась ногтями в ладонь. — Там господин и леди целовались.
— Что потом? — подбадривающе спросил Элрис.
— Я испугалась сначала, отпрянула в коридор, хотела убежать. А когда хлопнула дверь, я снова выглянула, но там уже никого не было.
— Ты видела, как они заходили в покои? — голос Лазара прозвучал так неожиданно, что Мо дёрнулась.
— Нет, — служанка покачала головой и бросила быстрый взгляд на Иветту. — Но куда им было деваться? Другие покои в этом крыле заперты.
— Дальше, — снова подал голос маг.
— Господин пробыл в покоях леди Амелии несколько часов и покинул их уже утром.
— Какой стыд, — слишком громко в образовавшейся тишине прошептала Иветта и обмахнулась веером. Кирнас одобрительно крякнул. Я же не сводила глаз с Мо. Её рассказ был таким складным и выверенным, что у меня, знающей всю правду, сводило зубы. Неужели она не заметила моего сопротивления и не услышала моих воплей? Я ведь почти не сдерживалась, пытаясь оттолкнуть мужчину. А если бы Истон не нашёл в себе сил бороться? Если бы зелье окончательно помутило его разум, и он решился взять меня силой…она бы помогла мне? Или так и осталась сторонним наблюдателем?
— Можешь занять своё место, — разрешил Элрис. — Есть ещё желающие высказаться?
— О чём вообще речь? — встряла Иветта. — Разве слов этой девушки недостаточно?
