— Гмммммммммммм! Ну зачем мне эти украшения и карта? Я с сыном хочу быть, а не ходить в золоте. Мне больно быть мамой три часа по будням. Хватит меня мучить! Если я была виновата перед тобой, то уже заплатила, поверь. Отдай его мне, а!? Что сделать, чтобы ты мне его отдал?
Взгляд Колганова тяжелеет и он торопливо отворачивается.
— Куда ты его заберёшь? Тебе самой жить негде и не на что.
Голова становится жутко тяжелой и я кладу локти на стол, чтобы удержать ее. Боль тут же пронзает виски и я побеждено бормочу.
— Ты прав.., к сожалению. Мои возможности патовые и разумом я это понимаю, но душа все равно болит. Ничего поделать не могу — хочу все время находиться рядом с сыном. Баба Шура явно не оценит работника с ребенком и скорее всего попросит меня съехать, а другого жилья у меня нет. Да и с ней я живу только до осени, а после снова нужно искать работу и дом.
Закончив монолог, я закрываю лицо ладонями и отчаянно растираю веки. Последствия тяжелого дня окончательно накрывают меня и я в ужасе осознаю, что если сейчас не лягу на кровать, то просто грохнусь в обморок.
— Можно я пойду спать? Немного посплю пока Илюша не проснется…
Ответ Артема отчего-то ускользает от сознания и через доли секунды перед глазами мелькают черные точки. Похоже я всё-таки упаду в обморок.
Просыпаюсь резко. Разлепляю веки и не могу сообразить — где я нахожусь?
Баба Шура сильно экономила электричество и свет в ее доме, даже поздним вечером, горел редко. А тут я открываю глаза и вижу перед собой темный ночник, который освещает пространство комнаты тусклым светом. Нужно напрячь глаза, чтобы понять где именно я проснулась, но сразу это сделать не получается. Глаза слезятся и картинка расплывается.
Я решаю закрыть глаза и шепотом посчитать до десяти. Со второй попытки проснуться будет легче.
— Один.., два.., три…
Но четыре я не успеваю сказать, потому что выясняется, что в кровати я лежу не одна. Я чувствую, как матрас рядом со мной прогибается и на плечо ложится горячая ладонь.
— Тебе плохо? — разрывает тишину хриплый голос Колганова.
— Нет… Вроде нет, — неуверенно отвечаю на вопрос Артема и осматриваюсь.
Что мы имеем?
Я проснулась в кровати бывшего мужа — раз.
Кроме футболки Артема на мее надеты только трусы — два.
Колганов лежит рядом со мной в одних плавках — три.
Утро ещё не наступило, за окном темень — четыре.
— Как я здесь оказалась? Я сама раздевалась? — тараторю я и ахнув вспоминаю, — как Илюша?
— Тшш, — шепчет Артем и кивает на коляску, которая стоит рядом с кроватью с его стороны, — температуры нет, но на всякий случай я прикатил его сюда.
Я заглядываю в коляску, где сладко спит малыш, и инстинктивно улыбаюсь. Красивый. Интересно, увидев меня утром, он станет ещё более счастливым? Или выздоровит? Давно мы не встречали с ним начало дня, поэтому надо обязательно не проспать его пробуждение.
Залюбовавшись на сына, я не сразу замечаю, что Артем следит за мной. Смотрит пронзительно. Так, что мурашки по коже бегут.
Завернувшись в одеяло, я сажусь на кровати и повторяю вопрос.
— Как я здесь оказалась? Последнее, что помню — я сидела на кухне и мне стало нехорошо.
— Ты практически потеряла сознание, но я тебя реанимировал. Воды принес, потом ты умылась и пошла спать… в мою комнату.
— Правда?!
— Да. Точнее ты не соображала куда идешь. Вначале я даже подумал, что ты что-то употребила, но…
— Но? — тороплю Колганова.
— Но раздеваясь, ты объяснила, что сильно устала на огороде у бабушки… не вспомню её имя.
— Бабы Шуры, — нервно бормочу я и краснея уточняю, — я раздевалась?
— Да. До трусов, — потирая плечо, отвечает Артем, — а потом ты легла на кровать поверх покрывала.
— Позор, — шиплю я.
— Я расправил кровать, одел на тебя футболку, при этом ты даже не проснулась. Вчера ты напоминала неживую куклу.
— Кошмар!
— Всё нормально, — качает головой бывший муж, — похоже, что такой работой ты довела себя до невменяемости.
Вместо ответа, я пожимаю плечами и прокручиваю в голове его рассказ. Фантазия дорисовывает подробности и я еще ярче краснею. Шеки и шея закипают от жара.
— Надо, наверное, это прекращать, — тихо говорит Артем.
— Что именно? — пугаюсь я и смотрю на сына.
Он же не собирается выгнать меня прямо сейчас?
— Работу.
— Не поняла?
Колганов откидывается на подушку и прикрывает веки.
— Съезжай от своей бабули, Рита.
— Куда? — хрипло шиплю я. Голос резко потух.
— Сюда. В квартиру.
Дыхание учащается и я перепроверяю свою радость вопросом.
— Ты серьёзно?
— Да, — не разлепляя веки, отвечает Артем и отчего-то выглядит грустным.
— Боже! Спасибо!
Значит мы снова будем жить вместе! Втроем! Снова станем семьей и никакого развода не будет.
— Я завтра перевезу свои вещи в дом родителей, — заявляет Артем и я задерживаю дыхание.
Что? Мы не будем жить вместе?
— Няню я буду оплачивать, да и другие расходы я полностью возьму на себя. Похоже… похоже я совершил ошибку, когда попросил тебя уйти. Прости. Но… но я снова прошу тебя, Рита! Не гуляй, занимайся сыном и у меня не будет к тебе вопросов.
— А как же развод? — пищу я.