Женя не знала, почему начала говорить. Парень не хотел от неё ничего, возможно, он добивался чего-то для Гришки, но Женя давно ни с кем не общалась по душам, подруг у неё не было, слишком рано она стала мамой, да и времени встречаться с ними не было. Можно было бы найти кого-то среди мамочек-ровесниц, но Женя не гуляла с ребёнком, в виду своей занятости. А потому и не сложилось у неё с друзьями. К парням она относилась подозрительно, не с мамой же сплетничать о несчастной жизни и разбитом сердце, своей неудовлетворённости. И ей захотелось слить негативчик. Она и начала это делать.
Петька только иногда кивал, поддакивал или соглашался, какой тот козёл, слушая внимательно и не перебивая. Ему, правда, было интересно, какая жизнь была до этого у Жени. Почему она так озлобилась на целый свет.
Из рассказа он узнал и про дочку и про мужиков-козлов, о маминых проблемах со здоровьем, нехватку денег, учёбу, будь она не ладна, и много чего другого. И честно, он не представлял, как девушка до сих пор не сломалась. Его всего лишь бросила любимая, а он уже был в такой депрессии, что только алкоголь и помогал забыться. А она не спилась, следит за собой, хотя никаких радостей нет, одни лишь испытания.
Девушка несколько раз плакала, и он предлагал ей платочек. Она вытирала слёзы и продолжала жаловаться.
Женя особо и не ела, её прорвало и бездонная бочка всё не заканчивалась. Часа через четыре она слила всё основное и стала кушать. Девушка повеселела и даже стала улыбаться и не глядеть волком.
- Как я проголодалась, оказывается! - сказала она, в голубых глазах появился блеск. Парень хихикнул. Ещё бы, четыре часа без устали языком молоть. Он уже понемногу заказывал то воду, то ещё что, только бы их не выгнали.
Женя съела всё, пусть уже и холодное, запивая тёплым чаем, который не остыл благодаря свечи под заварным чайником, хотя та уже почти догорела. Девушка спросила у Петьки, можно ли ей дозаказать чего-то. Он кивнул. Вызвали официанта, сделали ещё заказ на несколько блюд.
Пока ждали, Женька пыталась разговорить Петьку.
- Ну, у меня всё просто. Не так, как у тебя.
Ну и вкратце поведал про Наташу, про то, как начал спиваться и почему сейчас не пьёт. Про не очень удачную карьеру, поступление в университет на заочное отделение.
- Девушка есть?
- Постоянной - нет.
Женя похлопала глазками, поняла, о чём речь и продолжать эту тему не стала, хотя сделала себе на заметку, не начинать сразу интимные отношения, если вдруг надумает. А то ей только подцепить что-то не хватает!
Принесли заказ, в том числе крабовые клешни. Женя расширила глаза от удивления, а Петька искренне улыбнулся.
- Благодарю, - девушка покраснела и потупила взор. Неужели она умеет смущаться? А румянец ей к лицу!
- Не стоит.
Когда поели и Петька расплатился карточкой 'виза', оставив уже наличкой чаевые. Женя на салфетке написала номер телефона, попросив ручку у менеджера, который приходил с аппаратом для расчёта по картам.
- Твой? - поинтересовался Петька.
- Танин.
- А твой?
Женя на секунду задумалась, потом кивнула своим мыслям. Молодой человек вбил Танин номер в телефон, потом продиктовал Жене свой, а когда она ему набрала, добавил в её контакты.
- Ну, я пойду, - девушка слегка покраснела и стала одеваться.
- Я тебя провожу. Он посадил её на электричку, благо, на этой станции турникетов ещё не было, и долго глядел во след уходящему синему поезду, не жалея потраченного времени, даже с учётом того, что в эту ночь он будет один. После чего пошёл в метро.
*****
Выпускной казался Оле чем-то гадким. Идти на него не хотелось. На душе было мерзко. Она подошла заранее к куратору, забрала свой диплом и отнесла в отдел кадров. Ведь ей и дальше учиться, зачем его домой, точнее в общежитие, таскать. Вспоминая окончание школы, когда аттестат она свой забыла после зловещих событий, решила не рисковать. Пришла к выводу, что посмотрит концерт из зала, посвящённый выпускникам, и просто уйдёт. На сцену выходить не будет. Ага, да кто ж её спрашивал-то? Сегодня как раз и "обрадовали".
Девушка грустно вздохнула. Подошла к зеркалу в гримёрной. На неё смотрела красивая девушка с большими зелёными глазами, выщипанными тёмными бровями. Без макияжа, но от это её ничуть не портило. Красивые, чуть пухлые губы, природный румянец на щеках, делающих лицо больше круглым, чем овальным, хотя ни о каком жире речи не шло. Ей не очень нравилось, когда волосы были прилизанными, как сейчас. Но в данный момент ей не хотелось выглядеть красиво. Не в этот раз. Дырявые джинсы и футболка вполне себе ничего так, пусть и обыденно и несколько небрежно. Не так ходят на учёбу, но сейчас она была бунтаркой, решившей выделиться и выступить против смирения пред обязательным выполнением домашнего задания. Это немного щекотало нервы.
