Герой – Лог. Планета, на которой из почвы постепенно выделяется туман – он поднимается все выше. Часть жителей уходит в горы, сохранив достижения цивилизации, а те, кто остался в долинах, живут полуслепыми, обрабатывая почву (деградация). Для них шум вертолетов – Голос неба. Обмен орудий труда на продукты питания. Путешествия из одного села в другое – подвиг. Лог покидает свое село на воздушных шарах и попадает в горы.
Путешественник пришел в селение вечером в день Урожая. Он ходил от дома к дому, искал пристанища и нашел его у плотника Валента. Лог узнал о Путешественнике, когда уже стемнело и выйти не было никакой возможности: мать усадила его качать малышей, а сама возилась на кухне. Лог нервничал — в свои недолгие семнадцать лет он ни разу не говорил с Путешественником, таким вот, только пришедшим, пахнущим дальними полями и странствиями. Старый, больной, никому уже не нужный Лепир, от которого Лог услышал множество историй, странных, как осенняя сушь, тоже был когда-то Путешественником, он пришел в селение задолго до рождения Лога, и его рассказы, сто раз слышанные, обросли выдуманными подробностями, а Логу нужна была правда.
Когда малыши заснули. Лог прилег в своем углу и стал ждать утра. Он знал, что не сможет заснуть. Возбуждение нарастало, даже после ссоры с Леной он не был так взволнован. Путешественник. Вот действительно смелый человек. На памяти Лога никто в селении не решился так вот выйти однажды за дома без страховочной веревки и пойти в туман, куда понесут ноги, отдавшись на волю случая. Когда-то — Логу было два года — ушел и не вернулся его отец. Потом мать привела отчима, родились малыши. Отчим был человеком спокойным, уходить не собирался, жил для матери, для детей, для дома, но недолго жил, вот в чем беда. Совсем недавно, весной, балка упала с крыши, и не стало отчима.
Путешественники казались Логу идеалом человека. Из-за этого и поссорился он с Леной. Обычно они встречались у заброшенного дома, что стоял на окраине селения. Там никто не жил, слава у дома была дурная, вроде в нем водились привидения. Никто их, конечно, не видел, а слышали многие, в ночном тумане слышно хорошо.
— Ты представляешь, — сказал в тот вечер Лог, — найти новое селение, новых людей, узнать новые поля. Новые голоса, непонятные, таинственные. И запахи. В хорошую погоду можно взобраться на дерево и увидеть листья. Когда я был маленьким…
— Ты и сейчас лазаешь на деревья, — чужим голосом сказала Лена. — Я же знаю, и все знают, и когда-нибудь тебя накажут. Я не хочу, чтобы ты сломал себе шею, понятно?!
— Ну что ты, милая, — ласково сказал Лог, — я не упаду с дерева даже в самую густую полночь. Потрогай, какие у меня цепкие пальцы.
Лена оттолкнула его и пошла прочь, мгновенно скрывшись в тумане. Лог услышал, как она идет к своему дому, и бросился за ней, вытянув по привычке руки, чтобы не налететь на что-нибудь.
— Лена, милая, — говорил он, — я никогда больше не буду лазить на деревья, ты слышишь меня?
Лена остановилась, и Лог услышал:
— И не будешь запутывать веревку, чтобы тебя не нашли, когда ты уходишь из селения?
Лог замер. «Знает, — подумал он. — Неужели знает? И скажет? Что, если скажет?»
Лена ушла, а он стоял, раздумывая, что делать дальше. С того вечера они не виделись. Лена то ли сердилась, то ли охладела к Логу, а он не искал встреч, хотя и безумно скучал в первое время. Боялся проговориться. Никто не должен был знать о том, что Лог, выйдя из селения в поле, нарочно запутывает свою страховочную веревку. Чтобы его трудно было найти, чтобы никто не узнал, куда он ходит и что делает. Никто. Даже Лена.
Путешественник носил длинную бороду, одежда его была старой, много раз залатанной, котомка имела столько кармашков, что, казалось, только из них и состояла.
Лог столкнулся с Путешественником, когда, постучав, открыл дверь и вошел в темную прихожую плотника Валента. Утром туман немного поредел, хотя, конечно, до вчерашней прозрачности было далеко. Но, подойдя вплотную. Лог все же сумел рассмотреть Путешественника. Хорошо, что плотник не мог увидеть этого взгляда, иначе наверняка побежал бы к старосте. А Путешественник увидел и понял, и, отступив с порога, молчаливым жестом пригласил Лога войти. Плотник последовал было за ними, но его ждали в мастерской, и он ушел, пробормотав что-то, на что Лог не обратил внимания, а Путешественник не расслышал.
Путешественник скинул с плеч котомку и сел рядом с Логом на широкую скамью. От него действительно пахло чем-то незнакомым, далеким и притягательным. Лог умел различать тысячи запахов, но этот был не обычен и не сравним ни с чем.
— Меня зовут Лог, — начал юноша со стеснением в голосе.
— А меня Петрин, — спокойно сказал Путешественник. — У меня мало времени, я хочу до темноты пройти как можно больше.
— Ты… вы… — Лог поразился. То, что он услышал, не вмещалось в сознании.
— Да, — усмехнулся Путешественник. — Я ухожу. Я никогда не задерживаюсь в одном селении больше чем на два-три дня. А ваше невелико, и я решил ограничиться ночлегом.
