Я кивнула головой и сделала первый шаг из спасительного круга. Мне было очень страшно, но я должна была это сделать, другого выхода у нас с Лу не было.
Так мы с Лу и шли. Я впереди, а она сзади и наигрывали эту непонятную никому кроме крыс мелодию на дудочке. Сначала мы шли в никуда, и только потом я поняла, что интуитивно выбрала направление к реке. Вот честное пречестное слово, когда я делала первый шаг, то и подумать не могла о том, в каком именно направлении я двигаюсь. Все получилось само, и я была приятно обрадована, когда поняла, что мы медленно и верно движемся в верном направлении.
Крысы исправно шли за нами и были похожи на зомби. Они не реагировали на возгласы магов, которые пораженно смотрели на нас и некоторые не могли сдержать возгласы удивления. Так мы и шли по направлению к реке. Две девушки, а за ними полчища крыс. По бокам от нас пристроились два мага. Еще несколько магов и гвардейцев шли по бокам. Наверняка остальные замыкали нашу процессию, только вот конца и края морю крыс было не видно, поэтому и магов в конце процессии я не видела.
Мы вышли на набережную реки, я застопорилась. Я помнила мультфильм про эту историю, и тогда Нильса увез на себе его друг гусь Мартин. А нам что теперь делать? Как утопить крыс?
Я осторожно потрогала ногами воду. Она была ледяная. Ночью, да и погода не сильно располагала к купанию, но выхода у нас не было. И я решительно вошла в воду.
Лу последовала моему примеру и шагнула вслед за мной. Дыханье у нас с ней перехватило и на секунду и у меня и у нее сбилась та какофония звуков что мы извлекали из дудочки, но за счет того что играли мы с ней вместе, какофония не прервалась, и крысы не вышли из своего зомбического состояния.
Они заходили в воду и слегка стопорились, и я поняла, что нужно продвигаться глубже. Я скрепя сердце вошла глубже в ледяную воду. Вскоре мы с Лу стояли сначала по колено, а потом нам пришлось продвинуться еще глубже. И вот мы уже по пояс в ледяной воде реки, течение для нас было не сильным, а вот крыс уносило хорошо. Только вот слишком много их было на берегу, и чтобы заманить их в воду нам с Лу пришлось зайти еще дальше. Оказавшись в воде по грудь, мы замерли, глядя на берег. Крысы сейчас заходили, и тонули в воде, что, безусловно, радовало, только вот с каждой секундой становилось все холоднее. Руки покалывало, и дудеть становилось все сложнее.
По берегу бегали маги и гвардейцы, размахивали руками. Только вот они не как не могли понять, чем же нам помочь? Нет такого заклинания в магической практике, способного вскипятить реку. Останавливаться было нельзя, и мы продолжали играть на дудочках.
И тут я с ужасом стала понимать, что Лу слабеет. С каждой минутой звуки все реже вылетали из ее дудочки, а крыс на берегу меньше не становилось.
И тут на берег, рассекая все это море крошечных тел, ворвались Гидеон и Стронтиан. Оба были в человеческом обличии и оба слегка потрепанные. У Стронтиана была рассечена губа, а у Гидеона из виска текла кровь, но это не помешало им обоим броситься в реку. И вот я уже оказалась прижата к огромному горячему телу. Меня подхватили на руки, и мне сразу стало тепло. Холод отступил под напором его могучих рук, а еще грело осознание, что я не одна, что они пришли и спасли, именно тогда, когда наши с Лу силы были на исходе.
Сколько продолжался этот концерт для крыс я не знаю. Потому что потом мое сознание полностью было сосредоточено только на том, чтобы дудеть в дудочку, и ни на чем больше. И только когда я услышала голос Гидеона, смогла оторвать дудочку от губ
— Далия! Все закончилось, ты справилась.
Услышав эти волшебные слова, я блаженно провалилась в темноту.
— Далия, ты гиана. У тебя не может быть переохлаждения. Далия!
Настойчивый голос Гидеона звал меня из темноты. Я почувствовала, как с меня снимают мокрое и холодное платье. Зуб на зуб у меня не попадал, и я стучала ими от пронизывающего холода. Может быть, переохлаждения у меня и не могло быть, но вот холод я чувствовала, как обычный человек.
Платье было содрано, за ним последовало нижнее белье, и тут я решила открыть глаза, чтобы разведать обстановку. И понять, что происходит.
Я лежала на огромной кровати, и это совершенно точно были королевские покои, потому что кругом было золотое шитье с характерной вышивкой — вставшие на задние ноги мантикоры. А еще преобладали красный и золотой — цвета Его Величества Гидеона. Выходит, он принес меня в свои покои?
Но сил, чтобы хоть что-то возразить у меня не было.
Мокрое и холодное белье с меня сняли, Гидеон стал растирать мое тело горячими руками. А еще в меня полилась его магия. Он делал это и прежде, но тогда это не было так пронзительно и обжигающе. По телу заструился жидкий огонь.
