Вышли на фронт «катюши» полностью

«27 января 1944 года. 114-й ГМД в 8.00 произвел залп пятью боевыми установками по скоплению машин и гужевого транспорта у деревни Сосновка. Уничтожено три автомашины, шесть повозок, рассеяно и частью уничтожено до взвода пехоты. 350-й ГМД дал залп двумя установками по пехоте в районе деревни Заречье. Рассеяно и частью уничтожено до взвода пехоты. 350-й дивизион в 12.00 произвел залп тремя установками в районе Язвин. Уничтожено три автомашины и взвод пехоты.

30 января 1944 года. 114-й ГМД в 18.45 произвел батарейный залп по артиллерийской батарее врага в районе Поганцы. Подавлена 105-миллиметровая артбатарея. В 18.55 дал залп тремя установками по огневым точкам в районе деревни Сосновка. Уничтожено три огневых точки и 20 солдат и офицеров противника. 229-й ГМД, произвел залп четырьмя установками по пехоте в районе (безымянной) высотки. Уничтожено более тридцати человек пехоты. 350-й ГМД дал батарейный залп по контратакующей пехоте в районе Михайловка. Контратака отбита.

2 февраля 1944 года. Полк, поддерживая 197-ю стрелковую дивизию, произвел залпы. 114-й ГМД —в 10.33. Огнем двух установок подавлена вражеская артбатарея. В 11.24 — залп тремя установками. Уничтожено два дзота и до взвода пехоты. В 14.20 батарейный залп по пехоте в районе Притыка. В 15.20 залп двумя установками в районе Притыка. Уничтожено до двух взводов пехоты. 350-й ГМД произвел залп двумя установками.

3 февраля 1944 года. Подавлены три огневые точки, разрушены два блиндажа и дзот. В 10.00 — снова залп. В 11.20 произведен залп по огневым точкам в районе Дуброва. Подавлено три огневых точки, уничтожено до 40 человек пехоты. В 14.30 — залп. Уничтожен взвод пехоты».

Подвиг совершил комсорг 2-й батареи ефрейтор Г. Г. Титов. Противник огневым налетом чуть было не уничтожил приготовленные к залпу снаряды. Под обстрелом Титов кинулся переносить снаряды в укрытие. Его примеру последовали другие гвардейцы. Когда все боеприпасы были уложены в ниши, а люди спрятались в глубоких ровиках, вражеский снаряд разорвался как раз на том месте, где несколько минут назад лежали снаряды...

Исключительное мужество проявили не только огневые расчеты, но и бойцы взвода управления. Ведь в тех зимних боях они днем и ночью под обстрелом наводили линии связи, иногда им приходилось под огнем противника по 10 —15 раз в сутки устранять разрывы линии связи.

В дни освобождения Белоруссии гвардейцы нашего полка Иван Лапов и Василий Грибченко побывали в родных деревнях. Два дня гостил дома старший сержант Лапов. Вот его рассказ после побывки.

— В деревню прибыл, когда уже почти стемнело. Приятно, что все дома сохранились. Просто не верилось, как же так? Потом узнал, что сюда фашисты боялись показаться. В нашей деревне существовала Советская власть, работали сельсовет, партийная и комсомольская организации. Так вот, значит, я калитку открываю. В доме темно, постучался, мол, так и так, иду в родную деревню, но идти еще далеко, пустите, пожалуйста, переночевать. Мать меня не узнает. Начала расспрашивать о том о сем. В комнате темно, меня она не видит, а по голосу не узнает. Загрубел, должно быть, сильно на войне... Затем предложила поужинать. Я не отказался. Зажгла она лучину — и тут же выронила из рук. Увидела... кинулась обнимать. Сбегала к соседям, позвала всех к столу. Достала откуда-то бутылку, зарезала одну-единственную курицу, сохранившуюся чудом. Угощает меня да все рассказывает соседям, как она родного сына не признала...

В 1940 году шестнадцатилетним подростком Василий Грибченко из родной деревни ушел в ремесленное училище. Когда началась война, училище эвакуировали в глубокий тыл. В 1942 году Грибченко призвали в армию. К нам он прибыл в феврале 1943 года, когда полк получал в Москве пополнение после Сталинградской битвы. Воевал парень честно, храбро, одним из первых в дивизионе за бои на Курской дуге был награжден медалью «За отвагу».

И вот наш дивизион рядом с родной деревней гвардейца Грибченко. Но Василий что-то колебался, не сразу решил отпроситься сходить в родную деревню. Ушел Василий. А через несколько часов вернулся, и его трудно было узнать: обычно приветливый, общительный, жизнерадостный, он потемнел, осунулся. Вот что он нам рассказал:

— Шел я к себе и думал: приду домой, а вдруг там никого нет. Ведь война, все деревни вокруг сожжены, население ушло в леса. Оставалось мне меньше километра, когда встретил старушку, нашу соседку. Она меня узнала и сообщила страшную весть: в отместку за то, что мой отец в партизанах, фашисты забили до смерти мать и сожгли дом. Сдавило в горле... Слез не было, и слова сказать не могу... Вернулся я, не пошел в деревню...

После небольшой передышки войска 1-го Белорусского фронта, в состав которого входил и 84-й гвардейский минометный полк, начали невиданное по масштабам летнее наступление 1944 года.