Она побледнела, сглотнула и отодвинула от себя тарелку. По спине пробежал холодок.
– Лера, что с тобой? – сразу же насторожился Андрей. – Ты будто привидение увидела, честное слово!
Лера молчала. Она не знала, как ловчее солгать ему, и тянула время. Ну почему он такой наблюдательный?
– Я не очень хочу есть, – она растянула губы в лживой улыбке. – Устала после прогулки. Наверное, мне лучше вздремнуть.
– Ты не простыла? На улице холодно, а твоя шуба слишком короткая, чтобы греть! Когда приедем домой, я куплю тебе новую, – встревожено поглядывал на нее Андрей.
– Не стоит, – устало отмахнулась Лера. – Я же теперь на машине. Лучше отдай мне карточку от номера.
– Ты точно дойдешь сама?
– Да, я посплю. А ты ешь спокойно, – закивала она, сгребла со стола карточку и медленно направилась в номер.
Захлопнув дверь и оставшись наедине с собой, Лера обнаружила, что глаза жгут слезы. Она в последний раз так плакала на могиле у мамы. Но тогда это была горечь утраты. А сейчас ее захлестнуло отчаяние. От того, что ее любимый – вот он, рядом, но открыть ему свое сердце по-настоящему она не может. Потому что, даже если случится чудо и Андрей сможет принять ее вместе со всем багажом проблем, то его семья – никогда. Она опасна для Андрея, она может навлечь на него такой позор, что он ввек не отмоется. И в итоге проклянет ее за лживость. Лучше порвать с ним сразу же по приезду. С пансионатом он справится один. В конце концов, есть Мирра Соколовская, она подкорректирует проект и поможет все довести до логического завершения.
Сумев принять хоть какое-то решение, Лера немного успокоилась и взяла себя в руки. Андрей найдет ей замену. А она сможет спокойно жить дальше.
Она даже не заметила, как задремала. Ей приснился сон. Такой отчетливый и яркий, что казалось, все происходит наяву. Она снова стояла в ванной у Влада и держала в руках пакеты. Только порошок не хотел сыпаться в унитаз, как она ни старалась. Ее трясло от страха, и казалось, кто-то наблюдает за ней. Ей чудилось: если она обернется, ее ждет смерть. Страх становился все невыносимее, и она медленно повернула голову в сторону двери. В проходе стоял Андрей и с презрением смотрел на нее. Пакеты выпали из рук. Лера оттолкнула Андрея и выбежала в просторный холл. Но вокруг все было усыпано гниющим трупами. Среди них был труп его матери. Лера узнала лицо с картины над резной лестницей. От ужаса она закричала так громко, как только могла. Но цепкие гниющие руки схватили ее за запястья и тащили, тащили за собой.
– Лера, Лера! Да проснись же! – испуганно тряс ее за руки Андрей.
Она открыла глаза.
– Где они, где? – смотрела Лера на свои руки.
– Кто? – Андрей сидел рядом и сжимал ее ладони в своих руках.
– Трупы, повсюду… Они хватали меня, и я… Я думала, что умру… – всхлипнула она.
– Тебе приснился кошмар, – притянул ее к себе Андрей. – Так иногда бывает… Это я виноват, надо было сразу купить тебе теплые вещи! А я не подумал об этом! Но как только мы вернемся, я все исправлю.
– Успокойся, я здорова, – отстранилась от него Лера. – Слишком много впечатлений за последние дни, вот и все. Завтра вернемся домой, я побуду некоторое время в одиночестве, поваляюсь, как мечтала, в постели, и кошмары больше не будут мне сниться.
– Почему-то мне так не кажется, – нахмурился он.
Они вернулись домой, как и планировали, четвертого января вечером. Андрей обещал позвонить Лере ближе к Рождеству, как только разберется с накопившимися за время отсутствия делами. Она кивала ему, в глубине души понимая, что для него лучшим вариантом будет больше никогда ей не звонить.
Как хорошо все-таки оказаться дома. Здесь, как-никак, есть ее маленькая мастерская, и в ближайшие дни она с головой уйдет в творчество.
Закинув не разобранную после путешествия сумку на мамину кровать в спальне, Лера приготовила себе горячий чай, переоделась в мягкий домашний костюм и закрылась в мастерской. Ей не терпелось развести краски и приняться за новую картину. Она нарисует рассвет. Красивый рассвет на заснеженных холмах.
Объятая вдохновением, она принялась рисовать. Но вот мазки стали жестче и тревожнее. И это уже был не рассвет. Нет, это был закат. Картина выражала жуткую тьму, страшные блики изуродованных образов и тянущихся полусгнивших рук. Они будто ожили снова, как и в ее сне. Лера вскрикнула и откинула кисть в сторону. Этого просто не может быть! Эти твари снова лезут из ее бессознательного, не давая прохода!
– Что же делать? Что мне делать? – обхватив голову руками, шептала она. – Никогда мое гнилое прошлое не позволит мне быть рядом с Андреем! Я не сделаю его счастливым! Надо найти способ прекратить наши отношения, пока не поздно!
Но ни одна нужная мысль не приходила ей в голову. Весь следующий день Лера провела в постели, то всхлипывая, то засыпая, и никак не могла решить, что делать со своим романом. В мастерскую она больше не заходила, рисовать ей резко расхотелось.
В канун рождества она не удержалась, собралась и ушла в художественную лавку к Александру Даниловичу. Там точно будет весело.
