Лера не прогадала. В его просторной мастерской собралось много народа. В основном местные художники. Они рядились в ангелов, пили водку, закусывали ее нехитрыми соленьями и безбожно курили.
И Лера тоже пила вместе с ними. Пила водку прямо из дешевых стеклянных стопок и почти не закусывала. Ей хотелось одного – забыться и больше не думать о том глупом положении, в котором она оказалась благодаря мужчинам. Ах, если бы только Влад и его адвокат не заставили ее притронуться к этим проклятым наркотикам! Она была бы сейчас счастлива. И плевать на Марту Сергеевну. Но все сложилось иначе, и как теперь быть, неизвестно.
Основательно опьянев, Лера вышла на порог лавки и затянулась сигаретой. И вдруг краем глаза заметила сверкающий внедорожник Андрея. Сердце ушло в пятки, и она метнулась обратно. Спрятавшись за железной дверью, наблюдала, как его машина медленно скрылась за поворотом. Выбросила сигарету и зажмурилась от беспомощности. Прятаться, конечно, можно, сколько угодно, но это вряд ли изменит ситуацию.
Она вернулась к веселой компании художников, где выпила еще. Ее собратья по кисти рядились идти в церковь на вечернюю службу, и Лера, жутко ненавидящая все, связанное с религией, решила отчалить.
В сумраке наступающей ночи ее качало из стороны в сторону. Кутаясь в свою короткую норковую шубку, нетвердой поступью Лера зашагала по заснеженной улице.
Почти рядом с домом ее ослепил яркий свет фар. Покачнувшись, Лера прикрыла глаза рукой.
– Совсем ненормальный, дальний свет врубать?! – что есть силы, нетрезвым голосом выкрикнула она. – Езжай к своему дому и там включай свою иллюминацию!
Дверца машины громко хлопнула. Через мгновение перед ней возник высокий силуэт.
– Пройти дай! – грубо оттолкнула она мужчину, но он ловко схватил ее за локоть.
– Лера! – тут же узнала она голос Андрея. – Ты где пропадаешь? Ты что же, пьяная? Господи, Лера, где ты была?..
Пораженный, он отошел на шаг и снова присмотрелся к ней. Да, ошибки быть не может. Она напилась. Где-то напилась одна. «Боже мой! Вот оно, то непонятное влечение к ней! Она же копия моей мамочки! Не хватает только наркотиков!» – пронеслось в его голове.
– Ой, Андрей, что ты делаешь возле моего дома? – попыталась стряхнуть с себя опьянение Лера. Но коварная водка и не думала отпускать ее мозг.
– Я звонил тебе с обеда. Но ты не брала трубку! Я приехал к тебе домой, а тебя не оказалось на месте! Я думал, с тобой что-то случилось, а ты где-то напилась! – все еще шокированный новым открытием, восклицал он.
– И что? Я не обещала тебе быть дома, – отпирая калитку, как могла, защищалась Лера. – Канун Рождества не всегда хочется проводить в одиночестве. Вот я и сходила к своим художникам. Кто ж виноват, что они пили водку?
– И что же ты там не осталась? – едко поинтересовался он.
– Они направились в церковь, на службу. А я ненавижу все, связанное с религией, – с презрением хмыкнула она.
– А мне позвонить вместо этого ты не додумалась? – шагая следом за ней, не унимался Андрей.
– Для чего? У тебя есть семья, такие праздники проводят дома. А я ненавижу быть в тягость другим, – Лера довольно легко для ее состояния справилась с замком на двери и вошла в прихожую.
– А ты не подумала, что с некоторых пор значишь для меня нечто большее, чем праздник в компании моего папы и его милой жены?
– Не подумала, – Лера устало сняла верхнюю одежду.
– Но ты пьяная шла по улице!
– И что? Если бы ты не осветил меня фарами, я бы преспокойно вернулась домой и легла спать, – поникла она. – Прости, у меня дико болит голова.
С сожалением взглянула на него, и проскользнула в ванную. Умыла лицо ледяной водой. Разум понемногу возвращался. Будет очень скверно, если Андрей решит остаться. Она толкнула дверь, и в глаза бросилась его широкая спина в белом вязаном свитере возле старого буфета.
– Полегчало? – с презрением бросил ей через плечо он. – Я сделал тебе крепкий чай. Давай, пей.
– Я не просила чай, – нахмурилась Лера, но все же села за стол. – Я думала, что ты уже ушел.
– Не терпится от меня избавиться? – хмыкнул он и поставил перед ней кружку с горячим напитком.
Она спокойно отпила глоток чая и отодвинула от себя кружку. Жутко болела голова.
– Андрей, тебе пора, – как можно миролюбивее произнесла она. – Я выпью таблетку от головной боли и лягу в постель. Я понимаю, что сегодняшний вечер был самым неприятным из всех предыдущих наших с тобой вечеров. Мне жаль, что я не оправдала твоих ожиданий.
– Угу, – он даже не смотрел в ее сторону.
– Не хочешь произносить это вслух, не надо, – пожала плечами Лера.
Голова раскалывалась на части. Выпитая таблетка совсем не помогала.
– Да уж, это самый полноценный рождественский ужин в моей жизни! – язвительно ухмыльнулся он.
– Андрей… – ей стало жутко неловко. – Ну, на самом деле, посмотри на меня и на себя. Я ведь совсем не та женщина, которая должна быть с тобой рядом. Я поступила подло, уведя тебя у Нины из-под носа. Если о том, как я поступила, узнает твой отец, меня просто выкинут из строительной компании!
