Раздался шелест, в небе мелькнул тонкий силуэт, я рывком раздвинул ноги и что-то с хрустом впилось в настил между ними. Гномыш, отпрянув, шмякнулся задом на доски. Его глаза заблестели от слез.
– Ну, ты, жлоб! Зачем ты меня схватил? Ты мне сделал больно!!! – Растравив самого себя, он заплакал, вдруг больно пнул меня ногой под ребра, повернулся и, ссутулившись, побрел прочь, к дальнему концу пристани, где среди перевернутых потоком палаток уже происходило какое-то движение.
– Эй, погоди! – крикнул я вслед. – Я не…
Не оборачиваясь, он отмахнулся. Я взглянул на предмет у своих ног. Из щели между досок торчала лакированная палочка, на ней – обрывок материи, шафрановые пятна, узоры… Я потянул и вытащил из щели обломок веера. Рассмотрел его, отбросил в сторону и встал. С меня потекла вода. И рука начала болеть. Скоро «заморозка» перестанет действовать, и это будет очень плохо. Надо зайти в «Облако», мамаша Лапута хорошо сечет во всяких лекарских делах…
Ну и что мы теперь имеем? Я почти в том же положении, с которого начал: опять один, опять в Кадиллицах, опять без денег. Ищейки Микоэля Неклона никуда не делись, а до возвращения Протектора осталось совсем мало времени. Есть старая сказка про тролля, что бежал очень быстро, но при этом оставался на одном месте. Она всегда казалась мне бессмысленной, а вот сейчас я понял, что имелось в виду. Стоило прилагать столько усилий, чтобы ничего не получить в результате?
Я сделал шаг и остановился. Солнце слепило глаза, пришлось приложить ко лбу ладонь. Вокруг перевернутых палаток бродили фигуры, кто-то что-то спрашивал, ему отвечали, причитала какая-то гномиха…
Трое стояли неподвижно и молча. Серые плащи, капюшоны откинуты, видны лысые головы с крупными родимыми пятнами между бровей.
На меня упала тень, я глянул вверх. Альфин летел уже низко и продолжал опускаться, но был еще далеко. Голова Лоскутера показалась над крылом и тут же исчезла. Быстро же он пришел в себя и добрался сюда. Все-таки эльфы – очень живучий народ.
Я глянул на ищеек, на альфина, опять на ищеек. Альфин приближался, но они стояли совсем недалеко…
На другой стороне пристани появилось шестеро людей с эплейскими самострелами в руках. Я прищурился – те самые, которые в Оазисе охраняли гоблина-пирата Ван Бер Дерена. Они остановились. Я опять глянул в небо. Потом снова опустил глаза и после этого уже не отводил взгляда.
Сейчас каждый за кем-нибудь наблюдал. Лоскутер глядел вниз, на охранников Дерена. Те пялились на троицу в серых плащах. Ищейки Микоэля Неклона, главного мага Протектора, не отрываясь, очень внимательно смотрели на меня.
Не отрываясь, очень внимательно я смотрел на них.
1
Словно получив неслышную другим команду, ищейки одновременно повернулись и ушли. Альфин продолжал описывать круги над площадью, я стоял, глядя на охрану Ван Бер Дерена. Они стали приближаться, альфин опустился ниже. Я пригляделся – старшего в охране звали Сэмка Маркелыч, мы были знакомы, хотя и плохо. Встав передо мной, он посмотрел на мою руку, на лицо и пробасил:
– Хорошо выглядишь.
Я кивнул, не зная, чего ждать от них.
– Хозяин приглашает в гости.
Сообразить, что бы это значило, я сейчас не мог. Ван Бер Дерен чего-то хочет от меня? Боль в руке мешала думать.
– Зачем?
Раздался звонкий голос, мы оглянулись. Из-за перевернутой палатки появился знакомый гномыш, тянувший за руку взрослого недомерка-бородача. Гномыш что-то втолковывал ему обиженным голосом, а бородач важно внимал. Еще несколько гномов выглянули из-за помоста, прислушиваясь к их разговору.
Сэмка Маркелыч разрядил оружие и повесил на плечо.
– С тобой хозяин хочет покалякать, – повторил он, улыбаясь. – Пошли, Джанки.
Трое гномов во главе с бородачом и гномышем двинулись к нам. Маркелыч кивнул, остальные пятеро, так и не опустившие самострелы, развернулись. На нас упала тень, мы с Маркелычем глянули вверх – альфин опустился еще ниже, и теперь хорошо было видно лицо Лоса, глядевшего на нас.
– Твой корешок?
– Ага. Знаком с ним?
– Не-ка. И не хочу. Но слыхал о нем. Птичник, а? Чего он тута делает?
У меня сильно закружилась голова, я покачнулся, и Сэмка обхватил меня за плечи. Тень альфина стала больше – он опустился совсем низко. Бородатый гном окинул внимательным взглядом людей Маркелыча и что-то сказал остальным. Гномыш возмущенно заверещал, продолжая тянуть его, бородач дал ему подзатыльник, и гномы ушли.
– Слушай, Сэмка, – произнес я, отталкивая его руку. – Ты ж видишь, мне сейчас нездоровится немного. И потому я к Вану не пойду. Пойду лечиться. А вечером, передай, приду к нему. Сейчас сколько времени?
– Самое утро.
– Значит, даже не вечером. После полудня.
– Не-ка, Джанки. Мне велено тебя прям щас… – Он замолчал и покосился на альфина. – Где этот эльф раздобыл такого зверя?
– Может, угнал где-нибудь? – предположил я и, медленно переставляя ноги, направился мимо них к городу.
Охранники смотрели то на меня, то на Сэмку.
